Владимир Поляков

5 ноября 1796 года императрица упала в своих покоях. Придворные не могли поднять её — пришлось снимать матрас с кровати. Женщина, которую вся Европа считала величественной великаншей, весила столько, что четверо мужчин еле справились. А ведь иностранные послы клялись: она высока, стройна, держится как богиня. Как ей это удавалось? София-Августа Фредерика Ангальт-Цербстская приехала в Россию пятнадцатилетней девочкой. Невысокая, худенькая, с острыми скулами и крупным носом. В Германии таких называли «крепко сложенными» — вежливый способ сказать «не красавица». Она смотрела на себя в зеркало и понимала: при дворе Елизаветы, где каждая фрейлина — писаная красавица, ей не выжить на внешности. Зато можно выжить на уме. Первое, чему она научилась в России — держать спину. Не просто прямо. Идеально прямо. Голову — чуть выше, чем кажется естественным. Подбородок — параллельно полу. Каждый шаг — как будто ты на два вершка выше, чем на самом деле. Французский посол писал в Париж: «Императрица