Сергей Голубь

— Уйди, дед, не порть фасад. Тут люди приличные ходят, — охранник в блестящем костюме лениво толкнул ногой старую картонку, на которой сидел человек. Старик не ответил. Он лишь плотнее запахнул рваное пальто, которое когда-то, в прошлой жизни, было кашемировым. Его пальцы, узловатые и грязные, крепко сжимали старую кожаную папку — единственную вещь, которую он не пропил и не продал за все годы скитаний. Мимо проходили люди. Дорогие парфюмы смешивались с запахом бензина и свежего кофе. Это был центр города, здание крупнейшего холдинга «Атлант». К входу подкатил белоснежный внедорожник. Охранники вытянулись в струнку. Из машины вышел мужчина лет пятидесяти — подтянутый, с холодным взглядом и сединой на висках. Андрей Викторович, глава холдинга, спешил на совет директоров. Он уже почти миновал нищего, как вдруг его взгляд зацепился за ту самую папку. На потертой коже едва заметно поблескивал выдавленный герб — логотип старого советского завода «Металлист», которого не существовало уже че

Многие считали его баловнем судьбы и рафинированным эстетом, но мало кто догадывался, что за образом безупречного джентльмена с телеэкрана скрывается жесткий расследователь, способный в одиночку выслеживать военных преступников и бросать вызов всесильной партийной номенклатуре. Владимир Молчанов - имя, которое для миллионов людей стало синонимом ветра перемен. Он ворвался в застойный эфир, словно свежий воздух в душную комнату, показав, что телевидение может быть умным, доверительным и свободным. Этой осенью мэтру исполнилось 75 лет. Солидная дата - повод не просто перелистать страницы биографии, но и попытаться понять: какова цена принципиальности? Ведь он мог остаться главным лицом первой кнопки страны, но предпочел уйти в никуда, сохранив самое дорогое - чистую совесть... Его проект «До и после полуночи» сегодня называют культовым, ставя на одну ступень с легендарным «Взглядом». Но если «взглядовцы» были дерзкими рокерами от журналистики, то Молчанов оставался аристократом, которы