Ирина Лихачева(Попова,Иванова)

— Дворнягу вон! — мама разглядывала испорченный наряд, потихоньку возвращаясь в себя. Губы черточкой, взгляд холодный, на переносице злая складка. «Непробиваемая», — подумала Маша, посмотрела на несчастного щенка и поняла, что она так больше не может... — Осточертело, надоело, обрыдло! Маша швырнула на кровать платье. Дорогое, породистое, дурацкое! Рыжик понюхал рукав, свесившийся вниз. Но тут же спрятался под кровать, так как в комнату вошла мама. — Это что за выкрутасы? Она говорила спокойно. А держалась как! Да каменная статуя по сравнению с ней просто неврастеничка! Это бесило еще больше. — Ну откуда у тебя этот снобизм, мама? — простонала Маша. — Ты же раньше нормальная была! А сейчас – нос кверху, губы в ниточку. А вещаешь таким тоном, что под плинтус заползти хочется! Но маму так просто не возьмешь. Ни одна мышца ведь не дрогнула. — Прооралась? Теперь одевайся, и пойдем. Мироновы ждут. Отдала приказ, развернулась и удалилась из Машиной комнаты. Ни дать ни взять королева: спина