Евгения Галяпа (Кузьменко)

— Ты уверен, Петрович? До ближайшего асфальта сорок километров. Если снегом заметёт, ты тут как на острове будешь. Связь и та — только с сосны ловит, если повезёт. Пашка, водитель старого «ГАЗона», с сомнением пнул колесо своего грузовика, оглядываясь по сторонам. Вокруг стояла звенящая тишина, которую нарушал лишь треск остывающего мотора да далекий крик кедровки. — Я не Робинзон Крузо, Пашка. И снега я не боюсь, — ответил Виктор, затягивая лямку на старом вещмешке. — Я сорок лет под землёй провёл, в шахте, где темнота такая, что её ложкой можно есть. Там воздух спёртый, тяжёлый, с привкусом угольной пыли и страха. А тут — небо. Посмотри, какое высокое! Тут дышать можно. Тут воля. — Ну, смотри. Дело хозяйское, — вздохнул водитель, вытирая руки промасленной тряпкой. — Если что — сигнал давай через лесничего. Он раз в неделю мимо проезжает, проверяет делянки. Я ему скажу, чтоб приглядывал. — Спасибо тебе. Ступай, а то темнеет рано. Виктор захлопнул тяжёлую, обитую ржавым железом калитк