ТИШИНА МЕРТВОГО БРОДЯГИ, ЗАГЛУШИВШАЯ ПРАЗДНИЧНЫЙ ХОР
Сотни свечей горели внутри. Снаружи догорал человек. Они молились о спасении, перешагивая через него на пороге. Никто не знал, что этой ночью он подаст им милостыню, а не они ему...
***
Снег под худым, стоптанным валенком скрипел не жалобно, а сухо, с коротким, страшным звуком, будто ломалась лоза на морозе.
Ветра Степан Захарыч уже не чувствовал. Тело его, высохшее до состояния иконы, писанной на старой доске, давно привыкло быть частью зимнего пейзажа. Холод прошел сквозь шинель еще у теплотрассы, пробрался под свалявшийся свитер, коснулся ребер, и теперь жил внутри, как хозяин.
Идти было недалеко — всего два квартала, мимо пане