Предыдущая публикация
Фильтр
Не поминай имя Господа всуе,
не говори слово «БОЛЬНО» напрасно.
БОЛЬНО — когда по умершим тоскуешь, боль запивая белой и красным.
БОЛЬНО — когда мать хоронит ребенка, душу оставив под крышкою гроба. Видит не мир, только черную пленку лент похоронных. Робот.
БОЛЬНО — когда их игрушки с могилы кто-то ворует. Букеты и свечи. Господи, дай же нам силы! Это бесчеловечно…
БОЛЬНО — когда кто-то мериться болью сходу решил и прицелился в спину глупым советом. Подлым. Скорчив умную мину.
БОЛЬНО — да мало ли жгучей боли в моргах, больницах, домах и душах, Такой… до сердечных колик… Такой… что смолчать лучше…
Такой… от которой стыдливо прячут Взгляд все ванильные «боли» — сопли… Такой… от которой зрячи
БОЛЬНО — когда по умершим тоскуешь, боль запивая белой и красным.
БОЛЬНО — когда мать хоронит ребенка, душу оставив под крышкою гроба. Видит не мир, только черную пленку лент похоронных. Робот.
БОЛЬНО — когда их игрушки с могилы кто-то ворует. Букеты и свечи. Господи, дай же нам силы! Это бесчеловечно…
БОЛЬНО — когда кто-то мериться болью сходу решил и прицелился в спину глупым советом. Подлым. Скорчив умную мину.
БОЛЬНО — да мало ли жгучей боли в моргах, больницах, домах и душах, Такой… до сердечных колик… Такой… что смолчать лучше…
Такой… от которой стыдливо прячут Взгляд все ванильные «боли» — сопли… Такой… от которой зрячи
А боль души у каждого своя,
По-своему она тревожит душу.
Кто папу потерял - она одна...
Кто сына - рвется боль наружу.
Как мамы плачут у родных могил,
И сердце разрывается на части.
Кричит душа: "Зачем ты уходил
Туда родной, постигло нас ненастье»
А боль души, тебя измерить чем?
Как успокоить сердце что не хочет биться.
Мы рады были бы встречать рассвет,
Не провожать родных, любимых наших лица.
У каждого своя болит душа
Да так, и не расскажешь, что внутри творится
На утро ты встаешь, поставишь чай, а он остыл...Им ты с утра так и не напился…
Ты забываешь есть, поспать,
И на работу собираешься привычно.
А там в душе .…..ну полный мрак,
А так тебе хотелось б поделиться.....
А боль в душ
По-своему она тревожит душу.
Кто папу потерял - она одна...
Кто сына - рвется боль наружу.
Как мамы плачут у родных могил,
И сердце разрывается на части.
Кричит душа: "Зачем ты уходил
Туда родной, постигло нас ненастье»
А боль души, тебя измерить чем?
Как успокоить сердце что не хочет биться.
Мы рады были бы встречать рассвет,
Не провожать родных, любимых наших лица.
У каждого своя болит душа
Да так, и не расскажешь, что внутри творится
На утро ты встаешь, поставишь чай, а он остыл...Им ты с утра так и не напился…
Ты забываешь есть, поспать,
И на работу собираешься привычно.
А там в душе .…..ну полный мрак,
А так тебе хотелось б поделиться.....
А боль в душ
Если после ухода близкого тянет за ним
... Тебя будто взяли и вывернули наизнанку.
Всё болит, а мир стал плоским и ненужным.
И эта мысль: «Хочу туда, где он (она) сейчас». Она приходит не как что-то страшное, а как утешение...
Давай поговорим об этом без всяких «нужно» и «должен».
То, что ты чувствуешь — это не предательство жизни.
Это крайняя степень любви. Твоя душа, привыкшая быть рядом с его душой, сейчас кричит от разлуки.
И ей кажется, что самый прямой путь к воссоединению — уйти вслед...
Но вот что я знаю о Тонком мире (и о тех, кто там):
Он не хочет твоего прихода сейчас. Серьёзно.
Там, откуда он сейчас смотрит, видно гораздо больше...
Он видит твою жизнь целиком — не
... Тебя будто взяли и вывернули наизнанку.
Всё болит, а мир стал плоским и ненужным.
И эта мысль: «Хочу туда, где он (она) сейчас». Она приходит не как что-то страшное, а как утешение...
Давай поговорим об этом без всяких «нужно» и «должен».
То, что ты чувствуешь — это не предательство жизни.
Это крайняя степень любви. Твоя душа, привыкшая быть рядом с его душой, сейчас кричит от разлуки.
И ей кажется, что самый прямой путь к воссоединению — уйти вслед...
Но вот что я знаю о Тонком мире (и о тех, кто там):
Он не хочет твоего прихода сейчас. Серьёзно.
Там, откуда он сейчас смотрит, видно гораздо больше...
Он видит твою жизнь целиком — не
Думаю о декабре я белом,
И пусть засыпет, пусть бездорожье,
Но накрахмалит, натрет мелом
Кресты, могилы детей божьих…
Оправит в иней надгробья, мысли,
Застынут слезы и нечем плакать…
Зима поможет земле не киснуть,
Закаменеют душа и слякоть.
Не подгоняя и не тревожась,
Брожу в тумане, в дожде ослепнув,
Хандра, как зверь, в болезнях множась
Грызет и рвет, кричит: «Окрепну!»
Хочу метели и дикий кипиш -
Плоха, грешна и без обета!
Я не прошу. Скорей бы финиш…
Я в осень долгую навек одета.
Задышит белый, лохматый внятно,
И заурчит пургою в окна,
Там, на диване, в тепле приятно,
Но мир – осколки, клочки, волокна…
Мой мир – ледышка. И в нем так пусто.
Лишь черных веток
И пусть засыпет, пусть бездорожье,
Но накрахмалит, натрет мелом
Кресты, могилы детей божьих…
Оправит в иней надгробья, мысли,
Застынут слезы и нечем плакать…
Зима поможет земле не киснуть,
Закаменеют душа и слякоть.
Не подгоняя и не тревожась,
Брожу в тумане, в дожде ослепнув,
Хандра, как зверь, в болезнях множась
Грызет и рвет, кричит: «Окрепну!»
Хочу метели и дикий кипиш -
Плоха, грешна и без обета!
Я не прошу. Скорей бы финиш…
Я в осень долгую навек одета.
Задышит белый, лохматый внятно,
И заурчит пургою в окна,
Там, на диване, в тепле приятно,
Но мир – осколки, клочки, волокна…
Мой мир – ледышка. И в нем так пусто.
Лишь черных веток
Снежинка
В городе, где снег падал мягко, как пепел воспоминаний, а фонари светили тускло, жила женщина по имени Вера.
Год назад она потеряла сестру. Их связывало не просто родство, а тихая, понятная только им двоим вселенная — со своими шутками, завершенными друг за друга фразами и любовью к пушистым, нелепым свитерам.
Под Новый год тишина в квартире стала особенно гулкой....
Отчаявшись заглушить её, Вера, сама не зная зачем, зашла в интернет и написала:
«Великий звездочёт Алтаир с Ориона объявил: тот, кто до новогоднего праздника свяжет две одинаковые снежинки из голубой пряжи и одну отдаст Ветру, обретёт нить, что звенит. А звонкая нить может стать мостом».
Она тут же стёрла соо
В городе, где снег падал мягко, как пепел воспоминаний, а фонари светили тускло, жила женщина по имени Вера.
Год назад она потеряла сестру. Их связывало не просто родство, а тихая, понятная только им двоим вселенная — со своими шутками, завершенными друг за друга фразами и любовью к пушистым, нелепым свитерам.
Под Новый год тишина в квартире стала особенно гулкой....
Отчаявшись заглушить её, Вера, сама не зная зачем, зашла в интернет и написала:
«Великий звездочёт Алтаир с Ориона объявил: тот, кто до новогоднего праздника свяжет две одинаковые снежинки из голубой пряжи и одну отдаст Ветру, обретёт нить, что звенит. А звонкая нить может стать мостом».
Она тут же стёрла соо
Твои следы
В сугробах у реки,
Как из слюды
Они тонки.
Чуть подморозило
Два крошки-озера,
И звезды в них дрожат,
Светясь, как угольки.
Возьму в ладонь
Хотя б один твой след,
Но только тронь —
Он просто снег,
Он разлипается,
Он рассыпается.
И вот в руке одна вода,
А следа нет.
Внутри твоих следов лед расставанья,
Но поверни, но поверни следы обратно.
Сквозь чуждые следы, сквозь расстоянья —
По собственным слезам, по собственным следам.
Любовь тот след,
Где плавает звезда.
Любовь тот свет,
Что навсегда.
Но до последних лет
И слез бесследных дней
Ведь нет следов,
Что исчезают без следа.
Евгений Евтушенко
В сугробах у реки,
Как из слюды
Они тонки.
Чуть подморозило
Два крошки-озера,
И звезды в них дрожат,
Светясь, как угольки.
Возьму в ладонь
Хотя б один твой след,
Но только тронь —
Он просто снег,
Он разлипается,
Он рассыпается.
И вот в руке одна вода,
А следа нет.
Внутри твоих следов лед расставанья,
Но поверни, но поверни следы обратно.
Сквозь чуждые следы, сквозь расстоянья —
По собственным слезам, по собственным следам.
Любовь тот след,
Где плавает звезда.
Любовь тот свет,
Что навсегда.
Но до последних лет
И слез бесследных дней
Ведь нет следов,
Что исчезают без следа.
Евгений Евтушенко
У любимого лица
Пляшет огонек свечи...
У разлуки нет конца –
Плачь, молись или кричи.
И проходит чередой
Караван постылых дней,
Боль старухою седой
Все становится сильней.
Как сквозь черное стекло
Вижу день, закат, рассвет.
В мире тризну правит Зло,
Раз тебя на свете нет...
Что назначено судьбой –
Не объедешь на коне,
Я жила одним тобой –
Что ж теперь осталось мне?!
Память...горе без конца,
Слезы жгучие в ночи...
У любимого лица
Пляшет огонек свечи......
Полина Шрейбер
Пляшет огонек свечи...
У разлуки нет конца –
Плачь, молись или кричи.
И проходит чередой
Караван постылых дней,
Боль старухою седой
Все становится сильней.
Как сквозь черное стекло
Вижу день, закат, рассвет.
В мире тризну правит Зло,
Раз тебя на свете нет...
Что назначено судьбой –
Не объедешь на коне,
Я жила одним тобой –
Что ж теперь осталось мне?!
Память...горе без конца,
Слезы жгучие в ночи...
У любимого лица
Пляшет огонек свечи......
Полина Шрейбер
загрузка
Показать ещё