Николай Галушкин

Директора сделали крайним, учителя взбунтовались. Следующие "на выход" – врачи и полицейские? Штаты не оставляют попыток свергнуть режим Лукашенко, но сначала русские столицы. Молодёжь в опасности. Главные новости последних часов читайте в материале "Новороссии". ЧП в школе №4 города Кодинска Красноярского края 3 февраля стало основанием не только для экстренных проверок, но и для учительского бунта. Семиклассница принесла в класс нож и попыталась ударить учителя химии и одноклассницу. По данным правоохранительных органов, у девочки были "сложные отношения с педагогами и сверстниками", но, видимо, никто не предполагал, что давно зреющий конфликт зайдет настолько далеко. Когда испуганные дети побежали к вахтёрше, та отказалась нажать тревожную кнопку, аргументировав тем, что это "не её работа". В итоге обезвреживать размахивающего ножом подростка пришлось учителю физкультуры. После ЧП губернатор Михаил Котюков собрал экстренное совещание, где констатировал: Администрация школы провалила

Пока вы придирчиво выбираете «Фермерские» пельмени или «Домашнюю» колбасу, полагая, что поддерживаете отечественного производителя, состав продукта уже изменился до неузнаваемости. 2026 год стал временем тихой революции на мясном рынке: привычную говядину в массовом сегменте стремительно вытесняет сырье из Южной Азии. Цифры неумолимы — поток индийского мяса в Россию вырос в разы, и это только начало глобального передела вашей тарелки. Российские прилавки столкнулись с новой реальностью. Данные за прошедший год фиксируют взрывной рост поставок: объем ввоза буйволятины из Индии увеличился в 2,2 раза, достигнув отметки в 18,24 тысячи тонн. Это не деликатес для гурманов и не экзотика для ресторанов. Это сугубо технологическое сырье, которое идеально подходит для промышленных мясорубок. Эксперты отрасли указывают на простую математику. Переработчикам выгоднее закупать иностранные брикеты, чем работать с местными фермерами. Причина кроется в валютных качелях: укрепление рубля сделало закупки

Вчера ко мне заехал сын. Хороший парень, умный, с высшим образованием. Приехал на иномарке, одет с иголочки, телефон дороже моей дачи (шучу конечно). Но лицо такое, будто он неделю вагоны с цементом разгружал. Спрашиваю: «На работе завал?». А он падает на диван, глаза стеклянные и выдает: «Батя, я так выгорел. Весь день созванивались, решали стратегию позиционирования бренда, я просто пустой». Я смотрю на свои руки — в мозолях и масле (перебирал карбюратор в гараже). Смотрю на него. И думаю: «Сынок, ты чего? Ты же тяжелее мышки ничего не поднимал. Какое выгорание? Ты же просто сидел!». Раньше мне хотелось дать ему подзатыльник и отправить копать картошку, чтобы жизнь медом не казалась. А потом я наткнулся на одну теорию умного мужика, антрополога Дэвида Гребера. И знаете, что? Мне стало жалко не только сына, но и половину нашего мира. Оказывается, мы живем в королевстве кривых зеркал, где чем бесполезнее твоя работа, тем больше тебе платят. Давайте разберем эту «бредовую работу» (это