Предыдущая публикация
Фильтр
Офицер Иван Иванович Одинцов окончил свою службу в тридцать шесть лет, по состоянию здоровья. Высочайшее прошение было удовлетворено, и он направился в родные места, на Орловщину. Там его ждало маленькое именье с барским домом и небольшое хозяйство, вверенное в руки управляющего. Теперь Иван Иванович, сельский помещик, мог жить-поживать и ни о чем плохом не думать.
От рождения он был человеком добродушным, но ленивым. Матушка пеняла ему, что Ванюшка уж слишком любит развлечения да игры. На службе Одинцов больших чинов не сыскал, и вернулся в столь малом офицерском звании, что и называть его было неудобно. Вот и в имении своем он предпочел мало о чем заботиться: отдыхал день-деньской, требов
От рождения он был человеком добродушным, но ленивым. Матушка пеняла ему, что Ванюшка уж слишком любит развлечения да игры. На службе Одинцов больших чинов не сыскал, и вернулся в столь малом офицерском звании, что и называть его было неудобно. Вот и в имении своем он предпочел мало о чем заботиться: отдыхал день-деньской, требов
Места тут почти дикие, народу мало проживает в небольших деревеньках, припрятанных у самой тайги. Да еще время такое – осеннее, когда уже лист опадает и изморозь на пожухлой траве выскакивает, того и гляди, снег выпадет.
- Ну, что устал? – Спрашивает Григорий помощника, сомневаясь, что ему восемнадцать. – Ты, поди, года прибавил, на фронт хотел бежать, а тут война закончилась.
- Не-еее, дядь Гриша, честно, как есть. Уж больно нравится мне паровоз, давно хотел, выпросился. – Петька смеется, рассказывает новую байку, услышанную в прошлый раз, когда дома побывал. Но Григорий молчит, ничем его не расшевелишь. Вот уже три месяца как мотается он по этой ветке, а за все это время Петька даже улыб
- Ну, что устал? – Спрашивает Григорий помощника, сомневаясь, что ему восемнадцать. – Ты, поди, года прибавил, на фронт хотел бежать, а тут война закончилась.
- Не-еее, дядь Гриша, честно, как есть. Уж больно нравится мне паровоз, давно хотел, выпросился. – Петька смеется, рассказывает новую байку, услышанную в прошлый раз, когда дома побывал. Но Григорий молчит, ничем его не расшевелишь. Вот уже три месяца как мотается он по этой ветке, а за все это время Петька даже улыб
Лёня «откопал» на балконе рюкзак и бросил жене. – Собирай, чего там надо. Да много не набирай, на один день едем…
Вера обрадовалась, что муж берет ее в тайгу и принялась за дело. Помимо вещей, надо еще и еду взять. Но сначала приготовить, хотя бы той же колбаски порезать, или курочку отварить, на природе всё влёт уходит - это она еще из молодости помнит.
Вера любила природу. И тайгу любила. А тут такой случай выдался: организация, в которой работал ее муж Леонид, выделила два автобуса для поездки за ягодой, как раз брусника пошла. И Леонид записался, думал, один поедет. Но жена загорелась поездкой и «прицепилась», как обычно говорит, Леонид. К тому же на работе сказали, что можно жён, муже
Вера обрадовалась, что муж берет ее в тайгу и принялась за дело. Помимо вещей, надо еще и еду взять. Но сначала приготовить, хотя бы той же колбаски порезать, или курочку отварить, на природе всё влёт уходит - это она еще из молодости помнит.
Вера любила природу. И тайгу любила. А тут такой случай выдался: организация, в которой работал ее муж Леонид, выделила два автобуса для поездки за ягодой, как раз брусника пошла. И Леонид записался, думал, один поедет. Но жена загорелась поездкой и «прицепилась», как обычно говорит, Леонид. К тому же на работе сказали, что можно жён, муже
У них в гостях был дядя Артём. Опять… Ох, как Катька ненавидела этого слащавого, круглолицего мужчину, с огромными наетыми щеками и пухлыми губами, которые он всё время облизывал. Грузное тело не давало Артёму двигаться быстро, он перемещался по квартире размеренно и как будто задумчиво, шарил в холодильнике, заглядывал в шкафы, кивал Кате, сидящей на кухне и делающей уроки, а потом из–за спины дяди Артёма выныривала голова матери и шипела на Катю, чтобы та шла на улицу.
— А, Катенька, ну привет, моя хорошая! — мужчина, встав с дивана, протянул руки к девочке, как будто желая обнять. Катька отшатнулась.
От гостя пахло дешёвым портвейном и сигаретами. Мать, растрёпанная, с недовольным лицом
— А, Катенька, ну привет, моя хорошая! — мужчина, встав с дивана, протянул руки к девочке, как будто желая обнять. Катька отшатнулась.
От гостя пахло дешёвым портвейном и сигаретами. Мать, растрёпанная, с недовольным лицом
Нет, Галя ни в чём не была виновата. Она хотела как лучше. Борис Гале никогда не нравился, она считала, что Алина достойна лучшего.
С Борисом Алина познакомилась в аспирантуре. Он преподавал философию, носил обеды в контейнере, а пуговицы на его костюме вечно висели на одной ниточке. Однажды на пару она взяла с собой нитки и иголку и предложила:
-Борис Владимирович, давайте пиджак, я вам пуговицы пришью.
Он покраснел как мальчишка. С этого и начался их роман.
-Он же старый! – кривила нос Галя. – И некрасивый! Зачем тебе такой? Хочешь, я тебя с Павликом познакомлю? У него своя автомойка, в спортзале каждый день – за таким точно как за каменной стеной…
Галя вечно мечтала с кем-то её позна
С Борисом Алина познакомилась в аспирантуре. Он преподавал философию, носил обеды в контейнере, а пуговицы на его костюме вечно висели на одной ниточке. Однажды на пару она взяла с собой нитки и иголку и предложила:
-Борис Владимирович, давайте пиджак, я вам пуговицы пришью.
Он покраснел как мальчишка. С этого и начался их роман.
-Он же старый! – кривила нос Галя. – И некрасивый! Зачем тебе такой? Хочешь, я тебя с Павликом познакомлю? У него своя автомойка, в спортзале каждый день – за таким точно как за каменной стеной…
Галя вечно мечтала с кем-то её позна
- А мы никому не скажем. Зачем этой мелочи смесь, если пока молоко есть? Вот и пусть побалуется. А там – видно будет.
Дородная Татьяна, басившая на всю палату, умела убеждать. Даром, что ли, начальником участка поставили? Знали, что и работу справит, и с людьми договорится. Человек такой. Хороший да правильный. Где надо – направит, а где надо и по-свойски объяснит, в выражениях не стесняясь. И такое тоже бывало.
- Ежели не понимает человек русского языка, так надо сказать так, чтобы понял. На его наречии! – Татьяна смеялась, а виновник беседы старался удрать подальше, понимая, что добра ждать не приходится.
К тридцати годам Татьяна из Танюшки превратилась в Татьяну Федоровну и никому уже
Дородная Татьяна, басившая на всю палату, умела убеждать. Даром, что ли, начальником участка поставили? Знали, что и работу справит, и с людьми договорится. Человек такой. Хороший да правильный. Где надо – направит, а где надо и по-свойски объяснит, в выражениях не стесняясь. И такое тоже бывало.
- Ежели не понимает человек русского языка, так надо сказать так, чтобы понял. На его наречии! – Татьяна смеялась, а виновник беседы старался удрать подальше, понимая, что добра ждать не приходится.
К тридцати годам Татьяна из Танюшки превратилась в Татьяну Федоровну и никому уже
В рабочем кабинете их было четверо.
Света громко рассказывала историю вчерашней уборки-расхламления у матери.
– Молодец ты, Светка, – почти завидовала Лариса, – А я вот все не решусь свои ящики разобрать. А уж у матери ... Там ещё бабушкины вещи сохранились.
– А ты без неё приди и разбери. Как я, – советовала Светлана.
– Да она не переживет. Ты что!
– Ну, попереживает и кончит. Подумаешь– хлам выкинули. Никуда не денется, – безапелляционно заявила бойкая Светлана.
– Думаешь?
– Нет, – не согласилась Соня, – Так нельзя. А вдруг какие-то вещи – памятные.
– В этом возрасте, Сонечка, памятное у них абсолютно все. Одно – о детстве, другое – о свиданиях. За что не схватись – " Ты что! Это
Света громко рассказывала историю вчерашней уборки-расхламления у матери.
– Молодец ты, Светка, – почти завидовала Лариса, – А я вот все не решусь свои ящики разобрать. А уж у матери ... Там ещё бабушкины вещи сохранились.
– А ты без неё приди и разбери. Как я, – советовала Светлана.
– Да она не переживет. Ты что!
– Ну, попереживает и кончит. Подумаешь– хлам выкинули. Никуда не денется, – безапелляционно заявила бойкая Светлана.
– Думаешь?
– Нет, – не согласилась Соня, – Так нельзя. А вдруг какие-то вещи – памятные.
– В этом возрасте, Сонечка, памятное у них абсолютно все. Одно – о детстве, другое – о свиданиях. За что не схватись – " Ты что! Это
Василий Иванович, довольный собой, смотрел на расстроенную женщину. На ее глазах даже слезы навернулись. Она ему от чистого сердца помогает, а он такие гнусности говорит.
-Следующего раза не будет! Я ухожу, прощайте! И знайте, что к вам, сумасшедшему затворнику, больше никто не придет!
Василий Иванович усмехнулся. Он-то знал, что следующий раз будет. И еще много раз. Ему положено! Они обязаны! Одинокий пенсионер имеет право на помощь соцработника.
***
-Ты с этим стариком будь пожестче. Он такой противный и дотошный, что зубы сводит! Сразу покажи ему, кто тут главный, а то он тебе на шею быстро сядет и права качать начнет. Все, что положено делай, а на другое не соглашайся. И не нянькайся
-Следующего раза не будет! Я ухожу, прощайте! И знайте, что к вам, сумасшедшему затворнику, больше никто не придет!
Василий Иванович усмехнулся. Он-то знал, что следующий раз будет. И еще много раз. Ему положено! Они обязаны! Одинокий пенсионер имеет право на помощь соцработника.
***
-Ты с этим стариком будь пожестче. Он такой противный и дотошный, что зубы сводит! Сразу покажи ему, кто тут главный, а то он тебе на шею быстро сядет и права качать начнет. Все, что положено делай, а на другое не соглашайся. И не нянькайся
Он был как будто и не с ней, а где–то в другом месте. Аню стало это раздражать…
Умывшись, женщина легла на софу, задремала, но тут хлопнула входная дверь. Сергей уже топтался в прихожей.
— Аня! Возьми у меня зонт! На улице жуткий дождик, я весь промок! — закричал супруг.
Аня послушно встала, нащупала ногами тапочки, поспешила к Сергею.
— Да, конечно. Добрый вечер, Сережа! — улыбнулась она. — Ужин будет готов через двадцать минут. Ты пока отдыхай. Давай, развешу твой плащ.
Сергей сунул жене в руки мокрую одежду, ушел в гостиную. Там, расстегнув ворот рубашки, он открыл бар, вынул коньяк, плеснул себе в бокал, подержал его, наблюдая, как играет темными отсветами напиток, потом выпил. Нали
Умывшись, женщина легла на софу, задремала, но тут хлопнула входная дверь. Сергей уже топтался в прихожей.
— Аня! Возьми у меня зонт! На улице жуткий дождик, я весь промок! — закричал супруг.
Аня послушно встала, нащупала ногами тапочки, поспешила к Сергею.
— Да, конечно. Добрый вечер, Сережа! — улыбнулась она. — Ужин будет готов через двадцать минут. Ты пока отдыхай. Давай, развешу твой плащ.
Сергей сунул жене в руки мокрую одежду, ушел в гостиную. Там, расстегнув ворот рубашки, он открыл бар, вынул коньяк, плеснул себе в бокал, подержал его, наблюдая, как играет темными отсветами напиток, потом выпил. Нали
Больше в квартире делать нечего. Хорошая трёшка, везде красота и современная обстановка. Олег, не до конца проснувшись, заглянул на напичканную техникой кухню. Там его ждала красавица-жена Кристина. Она поприветствовала мужа лёгкой улыбкой. А на столе уже источали аромат горячие оладушки. Всё-то у них прекрасно. Дом, полная чаша, сами красивые, здоровые. Чего ещё хотеть?
Но было у Олега еще одно желание. Это желание, как правило, присуще женскому полу. Но в их семье получилось наоборот. Когда семь лет назад Олег сделал предложение Кристине, она сразу его предупредила:
-Олег, ты знаешь, я выросла в многодетной семье, и большую часть времени мне приходилось ухаживать за младшими. Я редко гул
Но было у Олега еще одно желание. Это желание, как правило, присуще женскому полу. Но в их семье получилось наоборот. Когда семь лет назад Олег сделал предложение Кристине, она сразу его предупредила:
-Олег, ты знаешь, я выросла в многодетной семье, и большую часть времени мне приходилось ухаживать за младшими. Я редко гул
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
📌Самые полезные советы для Вас... ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ ❤️ Друзья, все советы взяты с открытых источников интернета, перед применением какого либо совета, обязательно проконсультируйтесь со специалистом👆Будем очень благодарны , если Вы порекомендуете нас своим друзьям❤️
Скрыть информацию
Фото из альбомов