Мой Мурманск!!

Ей было всего 17, когда началась Великая Отечественная война. Зина Смирнова прошла ускоренную подготовку на санинструктора и была отправлена на фронт. Эта девочка своими глазами видела оборону Смоленска, принимала участие в битве под Москвой, выносила раненых бойцов с улиц Сталинграда и оказывала им медицинскую помощь. Вы подумайте: как хрупкая девушка, рискуя собой, под обстрелами, вытаскивала с поля боя крепких мужчин? 10 июля 1943 года её роту в лесу окружили фашисты, отрезав от батальона. После 10 часов боёв старшина медслужбы Смирнова вызвалась в одиночку выйти из окружения и восстановить связь с батальоном. Задание было благополучно выполнено! Три следующих дня под пулями она спасала от обстрелов раненых бойцов, вновь и вновь возвращаясь в самое пекло. 31 человек обязан ей жизнью. Зинаида и сама получила тогда своё первое ранение. Но, судя по документам, девушка быстро вернулась в строй, так как к 27 июля она вынесла с поля боя уже 67 человек. За проявленный героизм старшина

Октябрь 1941 года — один из самых критичных моментов Великой Отечественной, вермахт подходит к Москве, в столице паника, линия обороны прорвана сразу на нескольких участках. На этом фоне советское командование впервые решается отправить на фронт женщин-летчиц. Увлекающиеся авиацией девушки со всей страны просили об этом с начала войны, однако военные-мужчины относились к «дерзкой идее» скептически. В итоге женский авиаполк стал ночным кошмаром для немцев и воодушевляющим примером для рядовых красноармейцев. «Газета.Ru» вспоминает, как советские девушки адаптировались к боевым условиям и бомбили врагов с букетами цветов в самолетах. «Сопровождавший нас красноармеец подсмеивался: «И куда вы, девушки? Наденут на вас шинели и сапоги, с вами же ни один парень в кино не пойдет», — вспоминала начало призыва в женскую авиачасть Ирина Ракобольская, позже ставшая начальником штаба «ночных ведьм» (такое неофициальное прозвище получил целиком женский 46-й гвардейский ночной бомбардировочный авиаци

Трехлетний Максим и двухлетний Димка жили в одном из сел Алтайского края. Папы они никогда не видели. Впрочем, и мать тоже видели нечасто – женщина оставляла сыновей одних, убегая на «свиданку» к очередному кавалеру. Как-то раз соседка заметила, что матери долго не видно возле дома, и позвонила в полицию. На вызов приехала группа, в составе которой, помимо сотрудника по делам несовершеннолетних, был и прапорщик полиции Сергей Шараухов, бывший омоновец, четырежды побывавший в горячих точках. Когда мы зашли в дом, сердце сжалось. Я повидал многое, но чтобы такое и в наши дни! В выстывшем домишке выбито окно, которое трехлетний Максим затыкал вещами, чтобы не дуло. А ведь на дворе март! Ни подушек, ни штор, ни продуктов. Старший из мальчиков, Максимка, экономил единственную булку, которая у них с братом была: давал Диме чуть-чуть погрызть хлебушка, а потом прятал буханку — не знал, сколько им придется еще сидеть одним. Чтобы согреть братишку, завернул его в матрасы. У меня в голове сразу