Фильтр
ВсёУвлечения
Литературная Сибирь
8 дек
...Они целовались, а я набрёл.
Глазами хлопаю — и ни с места.
Это мой брат и его невеста.
Они целовались, а дождик шёл.
Я их постоянно потом стерёг.
Все рвы излазил и все кюветы,
А брат невесте дарил конфеты.
Такие, с полосками поперёк.
Я тайну запрятал на сто замков,
Её не знали ни мать, ни батька.
Её раскрыла соплюха Катька,
Соседка наша, моих годов.
Я шибко злился. Я был жесток.
Я жалил крапивой её повсюду.
Откуда я знал, что дарить ей буду
Конфеты с полосками поперёк?
Леонид Мерзликин (Барнаул)
Литературная Сибирь
7 дек
В моей квартире выпал снег…
С чего бы вдруг, скажите, ради,
В реальности, а не во сне
Снег выпал на мои тетради.
Замерзли строчки на листах,
На зеркалах – узоров елки.
И Маяковский перестал
Подмигивать мне с книжной полки.
Замерз Пегас, привычно дверь
Открыв с утра в мою берлогу,
Замерз – и не на чем теперь
Мне съездить за стихами к Богу.
Поэзии – лишь хилый след,
А так – сугроб на каждом блюде…
В моей квартире выпал снег
Обычных пролетарских буден.
Алексей Бельмасов (Ленинск-Кузнецкий, Кемеровская обл.)
Литературная Сибирь
6 дек
ВРЕМЯ БОЛЬШИХ СНЕГОПАДОВ
В прошлую пятницу топчусь я на остановке, караулю такси. Голосую, как говорится. Вернее, имею желание голоснуть, если что-нибудь такое на дороге покажется — такси ли, ведомственная легковушка, допустим, или хотя бы, дьявол с ним, мотоцикл с коляской. Я уж на все готов: мороз жмет — минус тридцать с ветерком и время истекает.
Но ничего такого на дороге, как назло, нет. Идут самосвалы, панелевозы движутся, трактора колесные с прицепами, два автокрана проследовало и один артиллерийский тягач… А такси не появляется, ну хоть застрелись.
Троллейбусы, правда, время от времени подходят. Но они возле остановки не тормозят. Здесь как раз вдоль поребрика сугроб образовался мет
    • Литературная Сибирь
    5 дек
    Я боюсь, чтобы ты мне чужою не стала,
    Дай мне руку, а я поцелую её.
    Ой, да как бы из рук дорогих не упало
    Домотканое счастье твоё!
    Я тебя забывал столько раз, дорогая,
    Забывал на минуту, на лето, на век, —
    Задыхаясь, ко мне приходила другая,
    И с волос ее падали гребни и снег.
    В это время в дому, что соседям на зависть,
    На лебяжьих, на брачных перинах тепла,
    Неподвижно в зелёную темень уставясь,
    Ты, наверно, меня понапрасну ждала.
    И когда я душил её руки, как шеи
    Двух больших лебедей, ты шептала: «А я?»
    Может быть, потому я и хмурился злее
    С каждым разом, что слышал, как билась твоя
    Одинокая кровь под сорочкой нагретой,
    Как молчала обида в глазах у тебя.
    Ничего, дорогая! Я баловал с этой,
    Литературная Сибирь
    4 дек
    О сокровенном, одиноком
    вздохнут уставшие века.
    И на лампады тихих окон
    летят вечерние снега.
    Как будто время неизвестных
    кружится роем во дворах,
    и просит имени и места
    в расчисленных календарях.
    И мнится мне за снежным танцем
    иной гармонии устав,
    что не вмещается в пространства
    обычных правил и октав.
    И следом прихоть иль примета,
    или стечение причин? –
    Но снег летит сияньем света
    из невозможных палестин.
    И всхлипнут ветхие ворота,
    прольётся тень минут на стол...
    И будто в окна глянул кто-то
    и в снег не узнанным ушёл...
    Виктор Коврижных (с. Старобачаты, Кемеровская обл)
    Литературная Сибирь
    3 дек
    Ничего в этой жизни не ново —
    Ни восторг, ни покой, ни тоска.
    Только нежная прихоть родного
    И за Млечным путем языка.
    Ни эпиграфов, ни посвящений,
    Ни иной продувной шелухи.
    Разве требует ветер осенний,
    Чтоб его заключали в стихи?
    Разве требует смертная мука,
    Чтоб цветы не цвели на лугах?
    Разомкнись, круговая порука.
    Отпусти до полуночи страх.
    Та заря оказалась вечерней.
    Разве чья-нибудь в этом вина?
    Вот и все. Никаких отречений.
    Лишь посмертная слава верна.
    Владимир Ярцев (Новосибирск)
    Литературная Сибирь
    2 дек
    Он живет на краю Ойкумены.
    Думой смерить — не взглядом достать…
    Ненасытное жало измены
    пожелало его отыскать.
    Странным взглядом измена глядела,
    изгибала изгибы свои
    и отчаянно или умело
    задыхалась словами любви.
    И забыл на краю Ойкумены
    он свою дорогую жену.
    Приласкал тело теплой измены
    и с изменой на сердце уснул.
    У большого и доброго сердца
    ей так сладко, как в детстве, спалось.
    Распахнулась зеркальная дверца —
    время за три денька пронеслось.
    Тут он вспомнил жену дорогую,
    дом родимый у пасмурных скал
    и измену свою золотую,
    как змею, от груди оторвал.
    Покатилась она, закатилась
    за три моря, за девять земель.
    У него голова прояснилась,
    и прошел неожиданный хмель.
    Он вернулся на край Ой
    Литературная Сибирь
    1 дек
    Двое спят, заснув на полуслове,
    Недоговорив, недошептав,
    Переутомлённые любовью,
    Пере-пере-пере-перестав.
    За стеною замолчала вьюга,
    Снег идёт в кромешной тишине,
    Спящие в объятиях друг друга
    Мирно улыбаются во сне.
    Ночь прошла, и посветлело небо,
    На пол тень упала со стола.
    Он проснулся и ушёл за хлебом,
    А она проснулась и ушла.
    Дмитрий Мурзин (Кемерово)
    загрузка
    Показать ещё