Диана Ткачук

Этой ночью мы установили необходимые датчики, на цу-е-фа определили порядок ночного дежурства и легли спать. Было тихо. Где-то с потолка капала вода, но в целом всё казалось спокойно. Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Это был Леопольд — сегодняшний ночной. Он приложил палец к губам и взглядом указал на окно. Я, стараясь не издать ни звука, повернулся. Снаружи стояло нечто. Оно было гораздо крупнее тех «слизней», которых мы видели по пути. Огромное тело покрывали плотные чешуйки, а передние лапы венчали длинные острые когти. Рта я не видел, но готов поклясться — там были клыки. Это был хищник. Зверь что-то вынюхивал, а затем уверенно двинулся к нашему дому. Он шёл быстро, почти бесшумно. Я схватил лежавший рядом пистолет и прицелился. Выстрел. Второй. Пули отскакивали от его панциря, но животное на пару секунд замерло и мотнуло головой. Оглушил, — подумал я. Подземная тварь, значит чувствительная к звуку. Но прежде чем я успел что-то сказать, Леопольд вытащил фонарь и

Однажды в глубине горы открылся разлом. Его боялись, но нужно было понять, что это такое, можно ли извлечь из него пользу — и, возможно, как с этим бороться. Уже более пятидесяти лет длилось исследование, но ощутимых результатов так и не было. Тогда решили отправить новую экспедицию — небольшую группу из пяти человек, одним из которых был я. В разломе царила тьма. Лишь кристаллы, излучающие мягкий зелёный свет, освещали очертания пещеры. Задачей экспедиции было пройти вглубь на пять километров, провести комплексный анализ окружающей среды и вернуться с результатами. Продвинувшись достаточно далеко, мы впервые увидели существо. Из-за темноты рассмотреть его толком не удалось — небольшое, скользкое, оно напоминало земноводное. Вероятно, мы каким-то образом выдали своё присутствие, потому что зверь среагировал мгновенно: за долю секунды он нырнул в одну из щелей в стене и исчез. Чем дальше мы продвигались, тем больше подобных существ — «слизней» — встречалось на пути. Они не проявляли а