Рассказы, истории и веселые шутки.

Перезагружаемся на новый год и новые цены. Каждый Новый год приносит нам одну и ту же традицию: рост цен в магазинах. Похоже, не все загадывали желание о стабильности цен в новогоднюю ночь. Пока страна наслаждалась салютами, цены тайком и неуклонно поднимались, омрачая праздничное настроение. Народ больше не играет в угадайку, пытаясь предсказать, что подорожает первым: колбаса, коммуналка или, быть может, собственное спокойствие. Покупатели, с вымученной иронией застывшей на лицах, словно древние мумии, изучают предательские цифры в чеках, выставленных напоказ на прилавках магазинов - мавзолеев. Русский человек ко всему привычен, его ничем не удивишь. На все смотрит с юмором иначе без юмора в этом мире просто не выжить. Интернет полон шуток и едкой иронии. А что остается? Со времен царя Гороха не найти правителя, который бы заботился о народе. Вот и приходится смеяться, чтобы не сойти с ума. Впрочем, к чему роптать? Давайте лучше посмотрим, как ситуацию видят мастера юмора и сарказма

Последнее звено. Рано утром, наспех позавтракав, Марк и Лиза уже мчались за город. Морозное утро гнало их вперед, не давая ни минуты на промедление. Просьба Маши, прошептавшая во сне Лизе, жгла сердца огнем.Через полчаса внедорожник остановился у дома, словно выдохнул пар после стремительной гонки. Они вышли из машины и вошли в заснеженный двор. Мороз обжигал щеки. Лиза пошла к старой яблоне. Дерево дремало под снегом в углу двора, далеко от дома. Туда Марк никогда не заглядывал. – Вот здесь, – указала Лиза на запорошенный снегом участок возле яблони. Снега было много. Марк скептически посмотрел на лопату, которая стояла возле бани. Он до последнего не мог поверить в то, что найдут Маркиза. Но Лиза была полна решимости. Марк взял лопату и начал копать. Сначала ничего не было, только мерзлая земля и снег. Лиза уже начала сомневаться, но Марк продолжал. И вдруг, лопата наткнулась на что-то мягкое. Они осторожно разгребли снег. Под ним, свернувшись в клубок, лежал Маркиз. Его шерсть

Загадка ночных шагов Медленные, размеренные шаги, доносящиеся изнутри портрета, напрягли внимание Лизы. Сердце забилось чаще. Она прислушалась. Шаги приближались. Филька, до этого мирно спавший, резко вскочил, выгнул спину дугой и зашипел, глядя в сторону портрета. Его шерсть встала дыбом, глаза светились в темноте. Лиза почувствовала, как её охватывает леденящий ужас. Она толкнула Марка. — Марк, проснись! — прошептала она, её голос дрожал. — Здесь кто-то есть. Марк сонно застонал, но тут же напрягся, услышав тот же звук. Шаги теперь были совсем близко, у самой кровати и холод ледяной завесой опустился над ними. Филька издал низкое, угрожающее мычание. Марк коснулся выключателя, и комната утонула в янтарном свете ночника. Кроме них с Филькой – по-прежнему настороженным, уставившим взгляд в пустоту, – здесь никого не было. – Показалось, – пробормотал Марк, больше себе, чем Лизе. – Ветер, может, соседи… ты же знаешь, что за дома сейчас строят. Никакой звукоизоляции. Слышимость – хоть св

Тайная Обитель Марка – Ох, Марк, ну что за тайна? Не томи, выкладывай, куда ты нас с Филей везешь? – с притворным вздохом взмолилась Лиза. – Это сюрприз, – лукаво подмигнув, ответил Марк и улыбнулся. Внедорожник несся в направлении города, и вскоре в дымке горизонта проступили острые шпили небоскребов. Мимо пролетали пестрые витрины автосалонов, магазинов, и вот машина, плавно затормозив, замерла в новом микрорайоне, где стеклянные гиганты дерзко бросали вызов небесам. Свежесть парков густо замешивалась с бодрящим ароматом кофе из уличных кафе и дразнящим запахом сдобы из соседних пекарен. А солнечные зайчики, словно озорные духи, плясали по зеркальным фасадам, рассыпая вокруг искры света. – Куда же мы все-таки приехали? – Лиза не могла скрыть своего изумления. – Дорогая, довольно свежего воздуха. Надышались на год вперед! Позволь же мне показать тебе мою берлогу, вернее, скромную обитель. Машина Марка бесшумно скользнула в просторное чрево подземной парковки. Захватив два рюкзака с

«Пили, пели, танцевали… Ели-спали, ели-встали. Дружно все колядовали, потихонечку гадали. Не успели заскучать, скоро в проруби нырять!!!» «Мороз крещенский не помеха. Все в прорубь! Ну, хотя бы в душ… Здоровья Вам! Любви! И смеха! И денег целый воз к тому ж!» ✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨✨ Добрый вечер, друзья! Вот и проводили мы всё плохое, встретили доброе. Осталось окунуться в ледяную купель, смыть остатки зимы и ждать, когда весна запоёт свою звонкую песню. Новый год, рука об руку со Старым, снежными рукавицами махнули на прощание, растворяясь в морозном воздухе, пообещав вернуться. Как по волшебству, вслед за ними наступили крещенские морозы, сковывая землю ледяными объятиями. Сегодня термометр застыл на отметке -24. Холод пробирает до костей. Но, несмотря на мороз, завтра многие отправятся смывать грехи в ледяной купели, надеясь начать новый жизненный этап с кристальной чистоты. Признаюсь, за всю свою жизнь так и не решилась окунуться в прорубь. Одна лишь мысль о ней заставляет к

Суп из мыши. Рано утром Марк, стараясь не разбудить спящую Лизу, бесшумно выскользнул во двор, залитый первыми солнечными лучами. Следом за ним выбежал любопытный Филька. Черный, как смоль, с яркими оранжевыми глазами, он неотступно следовал за хозяином, словно верный страж. Кот перескакивал через заснеженную тропинку, оставляя следы в пушистом снегу. Вскоре он достиг бани, запрыгнул на лежак и принялся наблюдать, как Марк разжигает печь. – Ну, что чертяга, не спится? – улыбаясь, обратился Марк к коту. Филька в ответ лишь прищурил свои лунные глаза в знак согласия. – Сейчас натопим баньку и поедем в магазин за продуктами. А – то в холодильнике мышь повесилась. Дым из трубы бани уже поднимался к небу, когда из щели под дверью показался крошечный серый носик. Мышь! Филька мгновенно оживился. Его охотничий инстинкт взял верх над ленью. Он бесшумно спрыгнул с лежака, припал к полу, и вот он – молниеносный бросок! Мышь, застигнутая врасплох, пискнула, но было поздно. Филька гордо поднес св

Поездка к хрустальному озеру. На следующее утро, после визита к врачу, который подтвердил, что Марк в полном порядке и нуждается лишь в наблюдении, они сели в машину. Марк уверенно вёл машину, а Лиза, прильнув к окну, смотрела на проплывающие мимо пейзажи. Они ехали в сторону горного озера, о котором Лиза часто вспоминала. Дорога была живописной, петляя среди холмов и лесов. Марк останавливался, чтобы показать Лизе особенно красивые виды, чтобы они могли подышать свежим, морозным воздухом и насладиться тишиной. Когда они подъехали к озеру, Лиза невольно задохнулась от восторга. Лед, словно хрустальное зеркало, безупречно отражал лазурное небо, и от этого казалось, что паришь в невесомости. Снежные шапки окрестных холмов искрились серебром, а на берегу примостились уютные деревянные домики, приветливо дымили баньки, и дразнили ароматом жареного мяса мангалы. Это была та самая турбаза, где когда-то они, счастливые, проводили время с мужем. Марк, улыбаясь, открыл багажник и достал корзи

Небесная канцелярия и мечты Лизаветы. Лиза жила в небольшой уютной квартире на первом этаже десятиэтажного здания. Она подошла к окну и посмотрела наружу. За окном уже сгущались сумерки. Крупные пушистые снежинки, похожие на мягкие перышки, медленно кружились в воздухе, создавая впечатление волшебного танца. Приближался Старый Новый год – вечер, сотканный из тишины и мерцающих огней, когда время словно замирает на пороге между прошлым и будущим. В этот особенный час, когда граница между мирами истончается, Лиза ощущала щемящую грусть, смешанную с робкой, еле уловимой надеждой. Двадцать лет – словно миг – пронеслись, как первый снег, с тех пор, как она проводила мужа в последний путь. Так и не решилась открыть сердце навстречу новой любви. Дети тогда были подростками, требовали внимания, заботы, пристального взгляда. Где уж тут думать о себе, о своей судьбе? А потом, словно и не было времени. И вот, старость незаметно подкралась к самому порогу. «А теперь уж и вовсе стыдно начинать ром

С наступающими… буднями! Искры радости прилагаются Вот и закончились длинные новогодние праздники, как сладкий сон. 12 января страна просыпается и возвращается к привычному ритму работы Для многих это утро окрашено тревогой, ведь так непросто расстаться с безмятежностью праздничных дней и вновь окунуться в круговорот дел. Пусть первое рабочее утро в новом году станет маленьким проблеском радости: позвольте себе чашечку ароматного кофе, сдобную булочку из любимой пекарни. Облачитесь в нарядную блузку или платье, подарите себе любимую мелодию по дороге на работу. Не стоит в первый рабочий день пытаться объять необъятное. Ваша главная задача сегодня – просто придти, вновь ощутить себя частью рабочего мира, плавно влиться в его течение. Храните свое настроение, и не позволяйте жизни затянуть вас в пучину серьезности – ведь никто еще не избежал ее холодных объятий. Если усталость и тревога стали вашими постоянными спутниками, не медлите! Нырните с головой в искрометный мир шуток и анекдото

Коварный план. Тем временем отец Устиньи, так и не отдохнувши, махнул рукой и поплелся в хлев – гусей да свинок покормить. Вдруг слышит – снег скрипит за калиткой. «Кто там еще пожаловал?» – подумал он с неудовольствием. И в тот же миг во двор на повозке въехал зять Герасим с братом Дмитрием – вернулись из соседней деревни, от своих родителей. Тут отец Ульяны, не выдержав, выложил все начистоту про нашествие девиц и их ночные бдения у оврага, где те собирались ворожить на суженого. Весть, будто искра, вспыхнула в сердце брата Герасима, и он, словно гонец, помчался разносить ее по неженатым друзьям, томящимся в поисках своей суженной. Рассказал, что в полночь девицы у оврага колдовать будут. — А кто из девчат у оврага гадать будет? — спросил один из парней, исподтишка бросая взгляд на товарищей. — Авдотья, Матрена, да Аксинья, — отозвался Дмитрий, перечисляя девиц. — Аксинья? — юноша встрепенулся, искорки заплясали в его глазах. — Это знатное дело! Уж я ей покажу, где раки зимуют! Памя