Ритмометод: управляй жизнью

Психологи уверены, что у человека есть врожденная тяга сравнивать себя с другими. Хлебом человека не корми, дай постоянно прикидывать: кто он и на что способен по сравнению с окружающими. С одной стороны, самооценка помогает ставить цели, корректировать поведение, поддерживает самоуважение и независимость мнения. С адекватной самооценкой легче переносить неудачи, восстанавливаться после конфликтов и сохранять психическое здоровье. Полностью без самооценки человек жить не может: психика в любом случае формирует у него представление о своей ценности, возможностях и достоинствах. С другой стороны, исследования показывают, что эмоциональная зависимость от внешней оценки за последнее время выросла: лайки, комментарии и «идеальные» чужие жизни подпитывают постоянное сравнение и тревогу. Визуальный «успех» стал быстрой, но очень хрупкой подпиткой самоценности, особенно у подростков и молодежи. Люди с низкой самооценкой сильнее залипают на сравнении с другими, чаще гонятся за внешним признание

Представьте, что вся история человечества — огромный, бесконечный клубок, и, приходя в этот мир, мы тянем из этого общего «клубка воплощений» свою собственную, уникальную кармическую нить. Здесь нас ждет сложная работа, похожая на работу сапера или ювелира: потянешь кармическую нить слишком сильно — она оборвется, и связь нарушится. Бросишь, не распутав — эти незавершенные задачи тяжелым грузом лягут на плечи других, возможно, наших близких. А цепляться за то, что уже разобрано и прожито, и вовсе бессмысленно: нужно уметь отпускать старый клубок, чтобы взять в руки новый. Пока мы заняты этой глобальной работой, жизнь плетет свой узор здесь и сейчас через разные ситуации, встречи, расставания, мечты и действия, которые проходят ежедневно. Но, как там писал Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянии»? Как только вы понимаете причину и следствие своих поступков, начинает возникать событийная нить. Это похоже на ожерелье, где каждая бусина — это жизненный сценарий

В 1957 году BBC показал сюжет о том, как швейцарские фермеры собирают рекордный урожай спагетти с деревьев. Тысячи людей звонили в студию, спрашивая, где купить саженцы макаронного дерева. Если вы тоже задумались о посадке, снимите лапшу с ушей — эта новость была просто хорошо организованной первоапрельской шуткой телевизионщиков. А вот, надо ли добавлять в тесто яйцо, можно ли есть макароны и худеть, и главное — как их прочитать с точки зрения ритмометода, мы сейчас расскажем вполне серьезно. Присаживайтесь поудобнее. Кадр из сюжета BBC 1957 г. Кто придумал? Макароны — это, пожалуй, самый демократичный продукт в мире. Мы едим их, когда нам грустно, когда нам весело, когда нет времени готовить и даже, когда мы зовем гостей на пасту Карбонара. Когда вы сегодня вечером будете варить макароны на ужин, подумайте вот о чем: этому нехитрому блюду уже 4000 лет. Где-то там, в глубине веков, над таким же парящим котелком стоял человек и так же ждал, когда они сварятся. Правда, происходило это н

К ритмометоду Екатерину привело искреннее стремление постичь природу здоровья. С детских лет она помнила рассказы матери о ее тяжелых родах и бесконечных проблемах с телом. Желание разобраться, как сберечь жизненные силы и живость ума, и определило ее дальнейший профессиональный путь. Она посвятила 30 лет медицине, занималась танцами, бегом в попытках разгадать тайны человеческого организма. И только погрузившись в ритмометод, Екатерина узнала об активности своей «красной струны», символизирующей здоровье и вечное движение. Это все объясняло. Отучившись на личного ритмолога, Екатерина сразу же предложила консультацию матери, чье пренебрежение к здоровью всегда ее тревожило. Совместная работа помогла разобрать застарелые проблемы. Например, выяснилось, что мама никогда не спит на животе. Ритмометод объясняет, что эта поза позволяет управлять личным пространством, тогда как сон на спине — личным временем. Мама же спала исключительно на боку, не чувствуя своего «личного» и посвящая себя д

Младенец появляется в мире без инструкции. Никакой карты, никакого языка, никаких правил. Есть только собственное тело, которое еще не умеет быть «домом». И вот тут происходит самое важное: чьи‑то руки берут его, прижимают, согревают. И мир впервые становится переносимым. Система «человек-человек» ​Прикосновение — это не просто контакт кожи с кожей. Это сигнал нервной системе: «ты в безопасности», «тебя поддерживают», «ты не один». Такие ранние телесные взаимодействия закладывают основу более высоких когнитивных и социальных функций, потому что сначала созревают базовые сенсорные и регуляторные системы, а уже на них строится все остальное. Поэтому, когда взрослый человек говорит «мне нужны объятия» — это не каприз и не слабость, а попытка вернуть нервной системе то, что когда‑то было ее первой опорой. Изображение с сайта www.freepik.com Система «человек-природа» Тактильный же контакт с природными объектами борется со стрессом на уровне физиологии и субъективных ощущений. Например, пр

Зрение — быстрый способ сканирования окружающей среды, поэтому цвет становится удобной меткой: его заметно издалека, он мгновенно считывается, не требует слов. Яркие, контрастные, «горячие» оттенки обычно воспринимаются как более срочные и активные, холодные — как более спокойные и дистанцирующие. Это устойчивый психологический шаблон восприятия, которым активно пользуются маркетологи, дизайнеры, архитекторы, художники, полиграфисты, сценографы и многие другие. Цвет это не только эмоции Цвет почти всегда несет багаж личной и коллективной памяти. Например, белый часто связан с чистотой, стерильностью, «новым листом». Желтый — с солнцем и теплом. Зеленый — с растительностью и отдыхом для глаз. Красный — с кровью, запретом, вниманием, сигналом. Эти связи могут отличаться по культуре и личной истории, но принцип один: мозг постоянно обучается и автоматически поднимает прошлый опыт при встрече с похожим стимулом. Один и тот же цвет «звучит» по‑разному в зависимости от окружения. Допустим,

Представьте мир без звука. Каким бы он был? Очень и очень странным. Изменилось бы все социальное устройство: исчезла речь, как главный инструмент общения, а значит людям пришлось бы опираться на письменность, жесты, мимику, тактильные, световые и вибросигналы. Не было бы никаких звуковых предупреждений: крика, сирены, сигналов автомобилей, шума приближающегося поезда. Это потребовало бы тотальной реконструкции систем оповещения и совсем другой городской дизайн. Через тембр голоса, плач, смех, паузы передается огромный пласт эмоций. Наверное, вместо гневного повышения голоса, люди бы просто хмурились или недовольно кривили губы. А матерям эволюционно пришлось бы развить в себе интуицию, позволяющую вставать ночью к ребенку, который бы в обычной жизни просто привлек внимание плачем. И что самое печальное, исчезла бы музыка — универсальный регулятор настроения. Тишина перестала быть ресурсом для отдыха, и люди искали бы совсем другие способы почувствовать покой и успокоение. Одним словом

«Когда от давнего прошлого ничего уже не осталось, после смерти живых существ, после разрушения вещей, одни только более хрупкие, но более живучие <…> запахи и вкусы долго еще продолжают, словно души, напоминать о себе, <…> продолжают нести на своей едва ощутимой капельке, огромное здание воспоминания…». Так поэтично в своем романе «В поисках утраченного времени» Марсель Пруст описывал вкус и запах печенья Мадлен, которое вместе с липовым чаем воскресило у героя забытое детство: дом тети, сад, церковь, звуки, лица. Способность запахов провоцировать воспоминания, как раз, и была названа по имени французского литератора «Эффектом Пруста». Дело в том, что обоняние — древний орган чувств, тесно связанный с выживанием и эмоциями. Сенсорный стимул активирует нейронные связи, высвобождая норадреналин, усиливая внимание и запуская каскад воспоминаний. При этом, воспоминания становятся сенсорно-эмоциональными, с ощущением «я там был». Самый приятный запах В 2022 году группа ученых провела эксп