Рассказы Андрея. Ликбез.

Никодим на пенсии устроился работать егерем. Ходить надо было много, но зато давали ружьё. Не то чтобы у него была страсть к оружию. Просто жил старик на отшибе, место у них глухое, тайга кругом — мало ли что, а своего ружья у него не было. Пенсия маленькая, где там купить. Работу свою Никодим знал хорошо и выполнял по совести. Все звери — наперечёт, все браконьеры по струнке ходили. Каждого негодяя старик знал в лицо. И они его боялись. Старичок-то старичком, но Никодим был крепок и довольно силён, несмотря на возраст. К тому же работа на свежем воздухе не отнимала здоровье, а только улучшала. Травы разные, опять-таки, настои — всё шло на пользу. Никодим говорил, что сейчас даже лучше себя чувствует, чем когда был моложе и жил в городе. Для прожитья ему и своей честно заработанной пенсии бы с лихвой хватило, да вот только внучок у Никодима в городе остался. Непутёвый совсем, всё что-то бедокурил да дела творил незаконные — вот и угодил за решётку несколько лет назад. Дочка Никодима д

Так случилось, что Алёшка был беспризорником. Конечно, не совсем настоящим беспризорником — была у него бабушка. Она еле ходила, плохо слышала и видела только одним глазом. Был у Алёшки и отец. Но он редко приезжал из города. Поговаривали, что у него там другая семья, поэтому до Лёшки ему нет дела. Матери у мальчика не было — он точно не знал почему, да и не помнил он её совсем. В школу ему ходить было ещё рано, поэтому мальчишка практически весь день, до самого темна, проводил на железнодорожной станции. То чемодан кому поднесёт, то сумку. Ему за это денюжку давали. Иногда купюру, иногда железненькую. Лёшка не понимал ценности денег, поэтому бумажные не любил — они быстро промокали, рвались и терялись. Он больше любил монетки: они так приятно оттягивали карман и позвякивали при ходьбе. Лёшка чувствовал себя богатеем. Бывало, подтянет с деловым видом свои штаны, которые держались на одной лямке, наискосок по животу, через плечо и по спине. Бабка кое-как пришила ему эту лямку, щуря зд

Галина ехала на машине по ночной дороге. Сначала лил дождь, и только он прекратился, откуда ни возьмись набежал туман. Ничего не было видно, как будто Галя въехала в тарелку с молочным киселём. Противотуманные фары ничем не помогали. Девушка с трудом различала край капота своей машины. По-хорошему, надо было бы остановиться и переждать… Да вообще не надо было никуда ехать в такую погоду, но она не могла — у неё практически не было выбора. Два часа назад позвонил Володя и сообщил, что мама Гали попала в больницу в тяжёлом состоянии. Володя — это муж Гали, они поженились три года назад. Кроме мамы, Володя был единственным близким человеком для Гали. Они встречались два года до свадьбы. Притом не просто держались за ручку и гуляли под луной — у них всё было по полной программе. Так что их семья имела уже приличный стаж в пять лет. Вот только детей у них не было. Володя был совершенно здоров, а вот у Гали имелся целый ряд проблем. В молодости, когда она была ещё молода и глупа, девушка из

Денис работал дальнобойщиком уже довольно долго — лет восемь или даже десять. Раз и навсегда выбрал в своей жизни дорогу. Дорога — это его судьба, считал Денис. История стара как мир: девушка, на которой он собирался жениться, не дождалась его с армии. Вышла замуж за лучшего друга, которого от армии отмазал богатый отец. Девушка написала письмо, всего пять слов: «Устала ждать, вышла замуж за другого». Ну, вышла и вышла, что теперь, вены резать? Найду другую, решил Денис. А через неделю пришло письмо от лучшего друга: «Прости». Одно слово — странно как-то. За что простить-то, Денис не понял. Друг в принципе не писал ему, только с Новым годом раз поздравил, и всё. И только когда Денис пришёл с армии и узнал, за кого его девушка замуж выскочила, понял смысл того письма со словом «прости». Видимо, друга совесть замучила. Ну что поделать, счастья им, подумал Денис. А для себя решил, что не будет у него уже ни девушек, ни друзей. Пережив потерю любимой, предательство лучшего друга, Денис п

Танюшка жила в деревне староверов. Ну, как староверов — скорее выходцев из староверов. Жили они в обычных домах, и машины имели, и телевизоры, и компьютеры, волосы стригли да бороды брили. Не гнушались и грехов всяких разных. Словом, жили как и все обычные люди, только в церковь ходили особенную, свою, староверческую, которая стояла посреди той деревни. Да сохранили лишь некоторые обряды и традиции. Одна из таких традиций относилась к выбору жениха или невесты. Как правило, пару для своих детей в той деревне выбирали родители. Не принято было в этом вопросе перечить. Считалось, что мама с папой лучше знают, с кем будет хорошо их чаду. Танюшка скоро повзрослела. Старшенькая она была в своей семье. Батька помер рано, ей всего десять лет тогда было. Однако успел после Танюшки ещё пятерых братьев и сестёр настругать. Матери одной тяжело было, а Танюшка, как самая старшая, должна была матери помогать. Много всяких домашних дел легло на детские плечи. Главным образом Танюшка должна была ух

Тигрица пробиралась по лесу. Глубокий снег был ей не помеха, с детства она привыкла справляться с ним широкими полушагами, полупрыжками. Она покинула свои угодья, там давным-давно не было дичи. Изюбр, которого ей удалось выследить, увернулся, и она промахнулась, лишь зацепив его плотную шкуру когтями. Наверное, даже не поцарапала, подумала тигрица, потому что зверь даже не упал. Не в её правилах было возвращаться за упущенной добычей. Есть хотелось очень давно. Она чувствовала, как слабеет. Но не только голод и желание выжить любой ценой заставляли её нарушить священные правила границ и пробираться по чужой территории. В логове у неё остался тигрёнок. Малыш родился не единственный, но он был единственный, который у неё остался. Ради него она и пошла на пересечение границы чужой территории. Он должен выжить любой ценой. Тигрица понюхала метку, оставленную другой тигрицей. Она явно была крупнее и сильнее, у неё тоже были дети. Кажется, она помечала свою территорию три дня назад, значит

Инга жила в деревне давно, а вернее — всю свою жизнь, с дедушкой. В детстве Инга очень любила, когда дедушка читал ей сказку «Серебряное Копытце», ей казалось, что эта сказка прямо про них. Совсем маленькая, зимой, она часто выбегала посмотреть, не пришёл ли волшебный олень к ним на крышу. Олень всё не приходил. Так время и шло. Инга пошла в школу. В маленькую деревенскую школу, которая была в соседнем селе. В её деревне больше не было детей, поэтому она ходила в школу одна. У дедушки болели ноги, и он не мог её провожать. Ей было нисколечки не страшно, она хорошо знала окрестности. Ещё до школы она частенько бегала в село в магазин. Собирала хворост в округе. Она жалела дедушку и всячески старалась ему помочь. Он ведь был у неё один. Ребят в классе было немного, но почему-то они не спешили дружить с Ингой. Чужая девочка, сирота из соседней деревни, почему-то им не нравилась. Но Инга и не расстраивалась по этому поводу. Инга любила гулять по лесу, наблюдать за природой, помогать голо

Сергей увлекался охотой. В каждый свободный момент — отпуск, отгул или выходной — он стремился в лес. Ему казалось, что именно в лесу у него настоящая жизнь, там легче дышится, легче думается. Довольно часто Сергей ходил в лес не только на охоту. Любил и просто погулять, побродить на природе, без всяких людей, домов, офисов, вдали от асфальта и стекла. В этот раз он тоже приехал в пригородный лес просто так, ни за чем, без всякого дела, погулять. Припарковав машину, Сергей углубился в лес. Ему подумалось, что неплохо было бы завести собаку, он давно мечтал о питомце, с которым можно было бы разделить свою страсть к лесу. Но, к сожалению, долгое время, которое он проводил в офисе, на работе в будни, сводило на нет все его мечты о собаке. Глупо заводить питомца, а потом нанимать кого-то для прогулок и занятий с ним, считал Сергей. Он как-то пробовал завести кошку, но не нашёл с ней общего языка. Кошку в лес не вывезешь, и прогулка на поводке с таким животным выглядит скорее комично, ду

— Привет, Галина! Ленка моя не у тебя? — спросила растрёпанная, запыхавшаяся женщина. — А, Катерина, привет! Нет, сегодня не приходила даже! — ответила Галина. Катя тяжело опустилась на стул возле двери и залилась слезами, горько причитая. Галина подала ей воды и присела на диван. — А случилось-то что? Катюша, ты расскажи толком! — просила Галя. — Ой… ой… не могу… со вчерашнего моя Ленка дома нет! — рыдала гостья. — Да ты что! А в школе искала? — проявила участие хозяйка. — Да везде! Везде уже была! И в школе, и в клубе, и подружек всех обошла! Ты моя последняя надежда была! — снова залилась слезами Катерина. Галя и Катя были сёстрами. Почти ровесницами, Галина на пару лет постарше. Родились в деревне, в ней выросли и в ней же жили. Девушки вышли замуж за двоюродных братьев, и фамилия у них была одинаковая — Нефёдовы. Братья между собой дружили, хотя и жили на разных концах деревни. Частенько ходили друг к другу и часто оставались ночевать. Их матери не делали разницы между тем,

Однажды мы с компанией ехали по одной не очень большой дороге в уссурийской тайге. Не уверен, что она вообще обозначена на карте. Оживлённой трассой её назвать было невозможно, но между двумя небольшими населёнными пунктами по ней всё-таки довольно часто проезжали машины. Как раз из одного такого городка мы и направлялись — на день рождения к другу, в другой посёлок. Лил дождь. По дороге, вдоль обочины, бежали три четвероногие фигуры. Встречные автомобили проносились мимо, не притормаживая. Животные держались вместе и бежали рысью. — Наверное, бездомные собаки, — подумали мы. Такие обычно не разбредаются: так проще выжить и прокормиться. Но когда мы поравнялись с ними, стало ясно — это вовсе не собаки. Под проливным дождём, по обочине дороги, бежали тигрята. Трое маленьких тигрят. — Вот это подарок! — заметил один из наших друзей. К своему стыду, мы так и не сошлись во мнении насчёт экзотических подарков и везли имениннику всего лишь деньги в конверте. — За такой «подарок» несколько