Не такой уж серьезный психолог

Мне сорок пять лет. Работаю заместителем директора логистической компании, зарплата сто шестьдесят тысяч. Разведён девять лет, своих детей нет. Живу в двушке, езжу на Volkswagen Tiguan. Пять месяцев назад познакомился с Мариной. Ей сорок два, работает менеджером по продажам. Двое детей от первого брака: сын Артём пятнадцать лет, дочь Лиза тринадцать. Разведена четыре года. Неделю назад я сказал ей, что мы расстаёмся. Она назвала меня эгоистом, который не готов к ответственности. Её подруги пишут, что я использовал её и бросил. А я просто понял: мне не нужна семья, где я должен быть банкоматом и решателем чужих проблем, но при этом не имею никаких прав. Первый месяц мы встречались вдвоём. Марина не спешила знакомить меня с детьми, я не настаивал. Всё было легко и приятно. Ходили в кино, на ужины, гуляли по городу. Она рассказывала о детях, но без фанатизма. Говорила, что Артём увлекается футболом, Лиза танцами. Что они нормальные подростки, иногда капризничают, но в целом адекватные. На

Мне 46 лет, работаю в такси, получаю чуть больше ста тысяч в месяц. Не богач, но и не нищий — квартира своя, машина десятилетняя, но ездит, на отпуск хватает раз в год. Живу один, после развода прошло три года, особо никого не ищу, но и не против познакомиться, если получится. И вот недавно произошла история, которая заставила меня задуматься о многом. Всё началось в очереди в супермаркете Обычная пятница, вечер, зашёл в «Пятёрочку» возле дома за продуктами на выходные. Набрал корзину — хлеб, молоко, сосиски, пару банок пива, сыр, яйца. Встал в очередь на кассу. Впереди меня бабушка с тележкой, набитой под завязку, расплачивалась мелочью и долго считала сдачу. Я стоял, листал телефон, ждал. За кассой работала женщина лет сорока пяти, полноватая, с крашеными рыжими волосами, собранными в хвост, в фирменной форме магазина. Рядом с ней, на соседней кассе, стояла её коллега помоложе, лет тридцати пяти, тоже в форме. Между ними шёл разговор — не громкий, но слышный. Младшая спросила: — Лен

Знаете, что самое странное в жизни после пятидесяти? То, что ты вроде бы ещё не старая, но уже и не та, какой была. Смотришь в зеркало — вроде нормально, косметика на месте, причёска держится, одежда подобрана со вкусом. А потом открываешь галерею в телефоне, листаешь фотки пятилетней давности и понимаешь — когда это успело произойти? Мне 52 года. Зовут Людмила. Работаю кадровиком в торговой сети, получаю прилично, квартира своя, машина старенькая, но ездит. Развелась пять лет назад после двадцати трёх лет брака. Муж ушёл к коллеге помладше, классика жанра. Первые два года я переживала, плакала, злилась. Потом отпустило. Стала жить своей жизнью — работа, дача, внучка у сестры. Не скажу, что мне было одиноко. Скорее привычно. Как будто надела удобный старый халат и забыла, что есть другая одежда. А потом в марте подруги устроили мне разбор полётов. Сидели у меня на кухне втроём — я, Лариса и Тамара, обе замужем, обе с опытом семейной жизни по тридцать лет. Пили чай с тортом, обсуждали

Наташа сидела на кухне, держала в руках чашку с остывшим чаем и смотрела в стол. Я зашёл, налил себе воды, собирался уходить в комнату, когда она вдруг сказала: — Андрей, нам надо поговорить. Я остановился. В её голосе было что-то, от чего внутри всё сжалось. Сел напротив: — Слушаю. Она подняла глаза. В них была смесь вины и какой-то странной решимости: — Я встретила человека. Мы общаемся три месяца. Началось как дружба, а потом... я поняла, что чувствую к нему что-то большее. Я молчал. Просто смотрел на неё и пытался переварить услышанное. Мне 49 лет, Наташе 47. Мы женаты 19 лет, дочь уже взрослая. Последние годы всё шло по накатанной — работа, быт, редкие разговоры по вечерам, близость раз в месяц, если получалось. Я думал, так и живут все после двадцати лет вместе. Оказалось, нет. — Ты хочешь развестись? — спросил я. Она помотала головой: — Не знаю. Мне нужна пауза. Я хочу пожить одна, разобраться в себе, понять, что я чувствую на самом деле. Я сделал глоток воды. Руки слегка дрожа

Я сидел в ресторане уже двадцать минут, когда она наконец появилась. Вошла так, будто съёмочная группа где-то рядом снимает её триумфальное возвращение — медленно, оглядываясь по сторонам, поправляя волосы. Села напротив, бросила сумку Prada (настоящую или нет — не знаю, но она явно хотела, чтобы я заметил) на соседний стул и выдохнула: — Господи, какая пробка была! Таксист чудак, повёз через центр. Я ему говорю — объезжай, он всё равно прёт. В итоге опоздала. Я промолчал. Она взяла меню. — Так, что тут вообще можно есть? Ты уже заказывал? — Жду тебя. Она пробежалась глазами по страницам, поморщилась: — Странное меню. У них вообще нормальные стейки есть? Не какие-нибудь дешёвые, а мраморные? Официант подошёл. Она заказала салат с тунцом, стейк средней прожарки, бокал белого вина. Я — пасту карбонара и воду. Она посмотрела на меня с удивлением: — Воду? Серьёзно? — За рулём. — Ааа. Ну ладно. Первые десять минут — сплошное сравнение с бывшим Официант ушёл. Наталья откинулась на спинку сту

В 49 лет я думал, что меня уже ничем не удивишь. Был женат двадцать два года, развёлся четыре года назад, успел пожить один и понять, что одиночество — это не приговор, а скорее передышка. Я научился готовить нормальную еду, гладить рубашки, даже цветы на балконе завёл. Словом, стал вполне самодостаточным человеком, который может обойтись без женщины рядом, но не против, если она появится. Галина появилась год назад. Познакомились на дне рождения общих знакомых, разговорились про книги — оказалось, оба любим детективы и исторические романы. Она на два года младше меня, работает в торговой компании, разведена давно, сын взрослый, тридцать лет, живёт отдельно. Мы начали встречаться без спешки, пару раз в неделю ходили в кино или просто гуляли, созванивались по вечерам. Галина казалась спокойной, рассудительной женщиной. Не требовательная, не истеричная, с чувством юмора. Мне с ней было легко. Через полгода она как-то сказала: — Слушай, а давай попробуем пожить вместе? У меня трёшка, мес

Виталий работает со мной в отделе продаж уже лет восемь. Нормальный мужик — зарабатывает тысяч сто сорок, своя двушка, машина "Киа Рио", без долгов. Разведён девять лет, дочь взрослая. По пятницам иногда сидим после работы в баре через дорогу. В прошлую пятницу он пришёл мрачный. Заказал виски, а не обычное пиво. Я спрашиваю: — Что случилось? Он достаёт телефон, кладёт на стол: — Вот. Пятая за полтора года. Опять не сложилось. Открывает WhatsApp. Показывает последнее сообщение от женщины по имени Алла: "Виталик, ты хороший, но скучный. Извини." Виталий пьёт виски залпом: — Знаешь, что самое поганое? Я уже привык. Каждый раз одно и то же. Сначала всё нормально, потом что-то идёт не так, и они сваливают. — А что именно идёт не так? Он наливает ещё: — Покажу. Смотри. Первая — Марина, которая играла в недоступность Виталий пролистывает телефон назад. Открывает переписку годичной давности. Женщина на аватарке — лет сорока восьми, блондинка, в чёрном платье, взгляд томный. — Вот это Марина.

Я стояла у школы и ждала сына. Был конец сентября, моросил дождь, я держала зонт и смотрела на телефон. Вдруг кто-то окликнул меня по имени. Обернулась — Сергей, мой бывший муж. Мы развелись полтора года назад, с тех пор виделись только когда он забирал детей на выходные. Он подошёл ближе, я заметила, что он располнел, борода неровная, куртка мятая. — Привет, — сказал он. — Ты чего одна стоишь? Опять твой...как его... не пришёл? Я не поняла: — Кто не пришёл? Он усмехнулся: — Ну этот, новый твой. Как там его. Или уже бросил? Я промолчала. Новый мужчина у меня действительно был — Дмитрий, познакомились четыре месяца назад. Но я не собиралась обсуждать это с бывшим мужем. Сергей продолжил: — Да я знаю, что у тебя кто-то там появился. Тимофей рассказал. Говорит, дядя Дима к вам приходит. Тимофей — наш старший сын, ему одиннадцать лет. Младшей Алине восемь. Я сжала зонт: — Серёж, это не твоё дело. Он засмеялся: — Не моё? Это мои дети! Я должен знать, кто к ним в дом приходит! Я повернулась

Сижу в "Прайм" на Кутузовском, жду Михаила. Договорились встретиться в два часа, обсудить совместный проект — он владелец небольшой логистической компании, я маркетолог, фрилансер. Познакомились месяц назад в профессиональном чате, переписывались по работе, он предложил встретиться вживую, посмотреть на возможное сотрудничество. Мне сорок шесть лет, работаю на себя двенадцать лет, зарабатываю нормально, замужем не была, детей нет. Михаилу, судя по профилю пятьдесят девять. Фото там деловое — костюм, седина, уверенный взгляд. В переписке вежливый, грамотный, без панибратства. Вчера вечером из любопытства набрала его имя в поиске — нашла профиль на сайте знакомств. Открыла. В анкете чёрным по белому: "Ищу женщину от 25 до 32 лет для серьёзных отношений". Автору — 59. Я усмехнулась, закрыла. Подумала — ну и что, его дело. Но утром, собираясь на встречу, поймала себя на мысли: интересно, а что он скажет, если спросить в лоб? Когда он пришёл — всё было идеально Михаил появился ровно в два.

Вы знаете, что самое опасное в новых знакомствах после сорока? Не то, что можешь нарваться на альфонса или психа. А то, что ты уже настолько устала от игр и недомолвок, что начинаешь быть слишком честной. Рассказываешь о себе всё как есть, думаешь — ну мы же взрослые люди, зачем врать? И вот тут начинается самое интересное. Меня зовут Ирина, мне 44 года. Работаю инвестиционным аналитиком, получаю около 195 тысяч рублей в месяц. Да, это выше среднего по городу. Да, я горжусь этим, потому что добилась сама — без богатых родителей, без связей, просто работой и мозгами. Своя квартира, машина, стабильность. Развелась семь лет назад, сын взрослый, живёт не со мной. Последние пару лет вообще не думала про мужчин. Но подруга в сентябре затащила меня на день рождения к своему коллеге, и там я познакомилась с Олегом. Сначала всё было даже приятно Олег — 51 год, инженер-проектировщик, работает в частной фирме. На вид обычный мужик — не богатырь, не красавец, но ухоженный, с чувством юмора, без п