Невролог Воронцов Евгений Геннадьевич

Представьте, что вы пытаетесь сосредоточиться на важном рабочем задании, а в соседнем кабинете уже третий час работает перфоратор. Звук монотонный, навязчивый, пронизывающий каждый уголок сознания. Такой, что ни думать не можете, ни читать, трудно поддержать разговор. Единственное, на чём фиксируется мозг- этот невыносимый гул. А если представить, что перфоратор не у соседей, а внутри вашей собственной головы?.. И выключить его нельзя. Ни на минуту. Такова реальность человека, живущего с тиннитусом. Тиннитус, или шум в ушах- это не просто неприятный симптом, а состояние, которое перестраивает жизнь пациента, преследует везде и всюду. Оно похоже на синусит или зубную боль, но с одной ключевой разницей: когда у вас гайморит или пульпит, вы испытываете боль и дискомфорт, но понимаете их природу и знаете, что лечение, пусть и не сразу, но поможет. С шумом в голове всё иначе. Часто врачи разводят руками: причина может оставаться неясной, а универсального лекарства от звона не существуе

Часто приходится сталкиваться с парадоксальной ситуацией- существуют эффективные, нередко простые методы лечения определенных видов головокружения. Протоколы лечения отработаны, статистика успеха высока. Но у части пациентов улучшения не наступает. Головокружение становится хроническим, изнуряющим, обрастает новыми диагнозами и курсами бесполезной терапии. В чем же причина? Давайте рассмотрим две показательные истории из практики. К сожалению, они не так редки, как может показаться на первый взгляд. История первая: "Мужик не будет заниматься фигнёй". На прием пришел пациент- крепкий мужчина, хозяйственник из села. Рекомендовала его знакомая, успешно вылеченная ранее. Жалобы классические- кратковременные сильные вращения при повороте в кровати, запрокидывании головы. Опрос, детализация жалоб, проведение позиционных не оставили сомнений- доброкачественное пароксизмальное позиционное головокружение (ДППГ). Не буду повторяться, много раз писал об этом. Но если вы не знаете о ДППГ, т

В прошлой статье мы подробно разбирали ситуацию, когда пациент с несколькими видами головокружения- позиционным, психогенным и связанным с ортостатической гипотензией- пытался свести все симптомы к одному диагнозу. Его разочарование от отсутствия результата лечения было закономерным: терапия, направленная на одну причину, не работала против трёх разных состояний, каждое из которых требовало своего подхода. Это классический пример того, как наше сознание стремится к упрощению сложной картины, ищет единый "корень зла" там, где на самом деле переплетаются независимые проблемы. Однако эта тенденция (объединять разрозненные симптомы в одну логическую цепь) выходит далеко за рамки неврологии и головокружения. Она проявляется в самых неожиданных областях медицины и зачастую становится серьёзным препятствием на пути к правильной диагностике и лечению. Пациент, сам того не желая, строит умозрительные мостики между заболеваниями, которые, с точки зрения физиологии, не имеют друг к другу н

Должен сказать о важном моменте по головокружению (из-за чего часто возникают сложности в диагностике).  Пациенты описывают головокружение как "вращение", "потемнение в глазах", "неустойчивость", "ощущение падения", "туман в голове". Врач же за этими словами должен увидеть конкретную причину: неврологическую, сердечно-сосудистую, психогенную, отоневрологическую.  Но что делать, когда жалобы противоречат друг другу, тесты показывают разнонаправленные результаты, а лечение предполагаемой причины никак не влияет на симптомы?  Кому-то покажется удивительным, но очень частая ситуация заключается в том, что у одного пациента может сосуществовать несколько самостоятельных видов головокружения. Они сливаются друг с другом, создавая клиническую картину, которая не укладывается в классические схемы. Именно тогда пациент искренне не может описать свое состояние более складно и структурированно, а врач затрудняется разобраться в нем. Корень проблемы в мультидисциплинарности головокружения.

В большинстве случаев пациенты описывают головокружение как эпизодическое состояние: мир резко плывет перед глазами, теряется равновесие, возникает тошнота, но через несколько секунд, минут или часов все приходит в норму. Классическими примерами служат доброкачественное пароксизмальное позиционное головокружение (ДППГ), вестибулярный нейронит или приступ болезни Меньера.  Но что делать, когда пациент утверждает, что головокружение у него никогда не проходит? Возможно ли это с медицинской точки зрения?  Действительно, подавляющее большинство вестибулярных расстройств носят приступообразный характер. ДППГ- визитная карточка кратковременного головокружения. Приступ, провоцируемый изменением положения головы (поворот в кровати, запрокидывание), длится менее минуты.  Вестибулярный нейронит (острая периферическая вестибулопатия) проявляется интенсивным вращательным головокружением, длящимся от нескольких часов до нескольких суток, с постепенным стиханием симптомов. Вестибулярная мигр

Головокружение- один из самых частых и при этом самых пугающих симптомов, с которыми пациенты обращаются к врачам. Ощущение потери контроля над собственным телом, неустойчивость, вращение окружающего мира- всё это порождает тревогу и ощущение беспомощности. Долгое время в медицинской практике существовал соблазн списать сложные, неочевидные случаи головокружения на "сосудистые нарушения", "вегетососудистую дистонию" или "шейный остеохондроз", не углубляясь в детальную диагностику. Однако современная отоневрология и вестибулология утверждают: не бывает неизвестных видов головокружения. Каждый клинический случай может и должен быть точно классифицирован, а лечение- назначено строго в соответствии с установленной причиной, а не приблизительно "что-то с сосудами"- абстрактный спазм или зажим артерий и вен. Почему "общие" диагнозы- тупиковый путь? Ярлыки "ВСД" или "дисциркуляторная энцефалопатия" при головокружении часто означают лишь констатацию непонимания истинной причины. Они прив

Данная статья является информационным материалом и не заменяет консультацию врача. Назначение любых препаратов должно проводиться только специалистом после оценки состояния пациента и возможных противопоказаний. Так как правила Дзен запрещают разборы лекарственных препаратов, то вся детальная информация в телеграм по ссылке⬇️ Прежде чем углубляться в разбор конкретных лекарств, важно осознать, с чем мы имеем дело. Бессонница в 83 года редко бывает изолированной проблемой. Это симптом, который вплетается в сложный клубок возрастных изменений. Архитектура сна с годами меняется: глубокий сон укорачивается, сон становится поверхностным и фрагментированным. На эту физиологическую основу наслаивается полиморбидность. Нельзя сбрасывать со счетов и мощный психогенный компонент, когда тревога «а вдруг я опять не усну?» сама по себе становится непреодолимым барьером на пути ко сну, создавая порочный круг. И на эту хрупкую почву мы должны осторожно назначать терапию, помня об измененной фарма

Головокружение- это не просто неприятное ощущение. Это один из самых мучительных и дезориентирующих симптомов, способный в одно мгновение лишить человека почвы под ногами- как в прямом, так и в переносном смысле. Естественное, почти инстинктивное желание в этой ситуации- найти быстрый, понятный и, что самое важное, логичный ответ. Человеческий разум- великий систематизатор. Его эволюционная задача- распознавать, выстроить причинно-следственные связи и отфильтровывать хаос окружающего мира, превращая его в упорядоченную и предсказуемую модель. Это механизм выживания. Но у этой сверхспособности есть обратная сторона- мозг ненавидит вакуум незнания. Столкнувшись с таким сложным и пугающим феноменом, как головокружение, он отчаянно пытается упаковать этот симптом в простую, ясную и, казалось бы, логичную схему. Если готового, научного объяснения под рукой нет, мозг без тени сомнения сконструирует его из подручных материалов. В ход идут самые доступные и, увы, часто самые ненадеж

Пациент, переживший необъяснимый, «дикий» ужас панической атаки, испытывает глубочайший шок. Его картина мира рушится. Тело, которое всегда было опорой, внезапно предало, вышло из-под контроля. Здесь мы говорим о таком достаточно распространённом, но не всегда диагностируемом явлении, как фобофобия. Об этом редко говорят напрямую, но именно этот механизм является двигателем панических атак и агорафобии. Трудно переоценить разрушительность этого состояния для качества жизни пациента. Вкратце лишь скажу, что оно возникает при формировании устойчивой нейронной связи в головном мозге, которая интерпретирует сами симптомы страха (сердцебиение, головокружение, потливость) как прямой сигнал неминуемой катастрофы. И дело здесь уже не столько в изначальном стрессе, сколько в сформировавшейся патологической условно-рефлекторной дуге. Если мы посмотрим на проблему через призму нейробиологии, то фобофобия- это классический пример работы миндалевидного тела (амигдалы) и её взаимодействия с