Вкус жизни

— Кюнна, впусти! Хоть глазком взгляну! - голос Белокурова, привычный к сцене, звучал на всю лестничную клетку. — На минутку! Ради бога! Вечерами он мог подолгу стоять под ее окнами или стучать в дверь, играя роль безнадежно влюбленного. — Владимир Вячеславович, уже поздно,- отвечала Игнатова, чувствуя смесь неловкости и лести. — Завтра у меня съемки в шесть. — Я знаю! Я просто... не могу без вас. Как мальчишка! «И снова утро» Кюнна Алексеева (Игнатова) родилась в необычной семье. Мать — Татьяна Николаевна Игнатова, балерина, чья жизнь была посвящена сцене. Отец — Николай Михайлович Алексеев, этнограф, один из ведущих этнографов и библиотековедов Якутии. Сама же девочка с детства тянулась к актерству. И у нее для этого было все: живой ум, выразительная внешность и врожденная артистичность. Когда родители развелись, воспитанием Кюнны занялись мать и дед по материнской линии Николай Андреевич Игнатов, капитан-подводник, человек суровый и дисциплинированный. Именно его фамилию актриса

К этой женщине можно относиться по-разному. Но равнодушной она не оставляет. Татьяна Егорова — актриса, чья жизнь стала легендой не благодаря ролям на сцене или в кино, а из-за одной-единственной главной роли, которую она сыграла в реальности. Роли "вечной невесты", хранительницы тайны и любви всей жизни Андрея Миронова. Их история не про роман. Это была война за внимание, полная осады, капитуляций и редких перемирий, растянувшаяся на два десятилетия... Татьяна Егорова Татьяна Егорова практически никогда не рассказывала о своем детстве, учебе или театральной работе. Известно только, что она родилась и выросла в Москве в творческой семье. Бабушка-портниха одевала столичную элиту, родители были художниками. Танюша частенько оставалась дома одна, но одинокой себя не чувствовала. Сначала увлеклась написанием стихов, потом записалась в драмкружок "Родник". Вместе с ней азам актерского мастерства учились будущие звезды: Сергей Шакуров и Валентин Смирнитский. Однако скромной и тихой дево

— Валер, это что? Ты можешь это объяснить?,- вывалив перед мужем ворох потрепанных тетрадей, спросила Тамара. Золотухин медленно поднял глаза от страницы, потом посмотрел на нее. В его взгляде не было ни паники, ни раскаяния, лишь привычная полунасмешливая усталость. — Объяснить? - усмехнулся он сухо, проведя пальцем по строчкам. — Это жизнь, Томка. Не сценарий, не роль. Просто… факты... Здесь начало истории о жизни Валерия Золотухина: Нина Шацкая так и не смогла простить мужа. К тому же Валерий не собирался прекращать гулять, его почти не было дома. С женой они делили одну крышу, но близкими людьми уже давно не были. Валерий Золотухин и Нина Шацкая Именно в этот период сердце нашего героя заняла помощница режиссера Тамара Гусева, которую он заприметил на съемках фильма «Единственная». А вот сама Тамара с самого начала едва выносила его, можно сказать, тихо ненавидела. Ей не нравился ни голос Золотухина, ни внешность, ни даже его знаменитый Бумбараш. Даже модный тогда Театр на Таганк

Главной чертой характера Валерия Золотухина была его невероятная, почти стихийная любвеобильность. Трудно было не поразиться количеству романов, которые он не скрывал, а порой и с гордостью описывал в своем дневнике и книгах. Сам актер утверждал, что еще подростком решил: ему будут принадлежать самые красивые женщины. Именно тогда его сразила пышногрудая медсестра в алтайском санатории. Правда, взаимности он не получил, но ощутил всю силу проснувшегося чувства. С тех пор он пребывал в состоянии перманентной влюбленности. Менялись лишь бесчисленные новые объекты обожания. Вот только юношеская страсть долго наталкивалась на суровую реальность. Из-за диагноза "туберкулез коленного сустава" Золотухин до восьмого класса ходил на костылях, что вызывало у одноклассниц не интерес, а скорее жалость. Валерий Золотухин Несмотря на поступление на факультет музкомедии ГИТИСа, где Валерию прочили амплуа простака, мастер курса Ирина Анисимова-Вульф видела его в ином свете. Она прямо говорила студент

— Я слышал, кто-то звонил Лавровой. Трубку сняли и молчали... — А я как-то зашла к ней, принесла поесть. Она сидела у окна впотьмах... Я у нее спрашиваю: "Тань, ну как ты?". Она посмотрела прямо сквозь меня и тихо так говорит: "У меня все кончилось". Ох, как же помочь Танечке? — Да, да.. Еще говорили, будто Кваша кругами возле ее дома ходил, все думал, зайти или нет. Так и не зашел. Решил, что любое слово будет лишним и только хуже сделает. Эти разговоры за кулисами "Современника" возникли не на пустом месте. 1965 год для актрисы начался с разрыва с Олегом Далем. А осенью пришло известие о гибели на съемках ее первого мужчины — Евгения Урбанского. Его смерть Татьяна переживала очень тяжело. Даже ее ближайшие друзья в те дни не решались навязываться со звонками и визитами. Спасала только работа. Сосредоточившись на профессии, Лаврова не заметила, как к ней вернулось внимание режиссеров. Ее талант вновь оказался востребован — в театр шли именно "на Лаврову", а в "Современнике» она ста

— Бабушка, я, наверное, беременная. Меня Женя Урбанский поцеловал, - выпалила Таня, едва переступив порог. В глазах стояли слезы панического недоумения, будто мир внезапно перевернулся. Бабушка отложила вязание. Она не засмеялась, не ахнула. Ее мягкий взгляд внимательно скользнул по лицу внучки, задерживаясь на влажных ресницах и горящих щеках. — Выдохни, Танюша, - тихо сказала она. — И расскажи все по порядку. Ты с ним... гуляла? — Нет! Нет, бабушка, мы просто в кино ходили. Потом он меня проводил до подъезда... и... вдруг поцеловал. Вот так. А теперь у меня все тут болит и кружится голова. Это же точно оно! Бабушка медленно поднялась, подошла к буфету и налила в граненый стакан воды. — Пей маленькими глотками. От страха тоже голова кружится. И сердце колотится. А живот... Таня, голубушка, ты же в школе училась. Тебе там ничего не объясняли про цветы, пчел и детей? Таня покраснела до корней волос, сжимая стакан так, что костяшки ее пальцев побелели. — Значит так, - бабушка снова взя

Сразу по окончании Школы-студии МХАТ для Майи Менглет открылась дверь в Театр имени Станиславского. Инициатива исходила от ее однокурсника, подававшего большие надежды, Евгения Урбанского. Его голос прозвучал в телефонной трубке как вызов: — Майка, слушай! Тут в «Раскрытом окне» есть возможность поучаствовать. Попробуйся, а? Прослушивал ее мэтр Михаил Яншин и молодой, но уже узнаваемый Евгений Леонов. Это они разглядели в выпускнице не только внешнее обаяние, но и что-то большее. И ее приняли. Здесь начало истории жизни Майи Менглет: Майя Менглет с Евгением Урбанским Театр поглотил Майю с головой. Сначала были небольшие роли, но очень скоро ей стали доверять сложные характерные образы. Актриса окунулась в мир, который позже называла счастливым временем встреч, перечисляя имена режиссеров и актеров, от которых заряжалась творчеством: Яншин, Львов-Анохин, Леонов, Глебов, Быкова… А что же кино? К сожалению, роль Тони Глечиковой в картине «Дело было в Пенькове», принесшая всесоюзную слав

Майя Менглет, дочь легенды сцены Георгия Менглета, в шестидесятые годы была настоящей иконой советского экрана. Ее улыбка, запечатленная в фильме «Дело было в Пенькове», казалась знаком уютного, искреннего счастья для миллионов зрителей. За рубежом актрису сравнивали с Софи Лорен, а слава сделала ее лицо одним из самых узнаваемых. Но за этим сияющим публичным образом жила совсем другая женщина. В жизни Менглет была куда ближе не к своей доброй и мягкой героине Тоне, а к ее экранной сопернице — вспыльчивой и своенравной Ларисе. Эти внутренние метания особенно ярко проявлялись в отношениях с мужем, актером Леонидом Сатановским. Майе мерещилось, что в его театральном мире полно красавиц, а сама она даже недостойна его внимания. Мало того, будучи эталоном красоты для зрителей, сама актриса в этот образ категорически не верила. Комплименты не радовали, а вызывали у нее лишь раздражение и искреннее недоумение... История семьи Майи Менглет напоминала две параллельные, но совершенно разные

— Ирка, ты где? Ты такая у меня классная! Что бы я без тебя делал?-кричал Виктор в трубку. Эти отчаянные звонки стали символом последней любви Виктора Проскурина. После предательства четвертой жены, он нашел спасение в объятиях молодой Ирины Хонды. Ради нее актер бросил пить, вернулся на экраны и поверил в новое счастье... Здесь начало истории о жизни Виктора Проскурина: ИРИНА СМУРОВА После развода со Светланой Колгановой Проскурин вступил в четвертый брак с костюмершей Ириной Смуровой. Оба впоследствии предпочитали не вспоминать об этом кратковременном союзе. И причина скоро стала ясна. Все было хорошо, пока в нетрезвом состоянии Виктор не подписал документы на передачу Смуровой своей квартиры в престижном районе столицы. Едва они вступили в силу, женщина оперативно переоформила недвижимость на своего сына и подала на развод. Тщетно актер пытался оспорить сделку в суде — экспертиза подтвердила подлинность его подписи. Надо отдать должное бывшей супруге, которая "милостиво" разреш