Вячеслав Малафеев

Первый тревожный сигнал — строительная компания «Самолет» запросила поддержку у государства. В случае банкротства крупного застройщика может последовать целая цепочка проблем в строительном секторе. Хотя официальные отчеты говорят об обратном — что ситуация в отрасли остается стабильной, — подобные новости заставляют задуматься о том, насколько озвученные показатели отражают реальное положение дел. Не исключено, что часть данных выглядит более оптимистично, чем фактическая ситуация на рынке, и при неблагоприятном сценарии она может серьезно ухудшиться. В случае потери застройщика государство, скорее всего, окажет поддержку, а обязательства перед дольщиками будут выполнены — достройка объектов в таких ситуациях обычно становится приоритетной задачей. Российская практика последних лет показывает, что механизмы защиты участников долевого строительства в целом работают. При этом есть ощущение, что в случае поддержки «Самолета» государственными средствами мы можем увидеть рост числа пох

Зачем родители покупают квартиры своим детям — вопрос, который чаще всего формируется из личного опыта. Кто-то всего добился сам и хочет облегчить путь ребёнку, у кого-то, наоборот, в своё время была поддержка родителей, и теперь это кажется естественной моделью. Но здесь возникает важный момент: не лишаем ли мы детей мотивации, когда даём им слишком многое и слишком рано. Если всё достаётся без усилий, может сформироваться ложное ощущение стабильности и простоты жизни: захотел телефон — получил подарок на день рождения, получил права — следующим подарком стала машина, а затем и квартира. Безусловно, каждый родитель хочет, чтобы у ребёнка всё было хорошо. Но стоит задуматься, не создаём ли мы избыточно комфортные условия в самом начале жизненного пути, особенно если оглянуться назад и вспомнить, каким трудом всё это доставалось нам самим. Этот контраст часто и становится точкой для размышлений. Есть и другой сценарий: квартира покупается «на будущее», впрок. Однако заранее невозможн

О причинах продажи недвижимости можно говорить долго, но я поделюсь своим личным опытом. Совсем недавно я продал квартиру, потому что понял: квадратных метров стало слишком много, дети разъехались, и необходимости в такой жилой площади больше нет. Изначально в планах была покупка новой квартиры, но в итоге решение изменилось. Я выбрал аренду и параллельно покупку участка под строительство дома для постоянного проживания. Это позволило не привязываться к одному объекту и гибко подойти к распределению средств. Основной задачей стало диверсифицировать высвободившийся капитал. Часть средств я направил на покупку коммерческой недвижимости и земельных участков под коммерческие проекты. Такой формат мне ближе с точки зрения доходности и долгосрочного потенциала. Пока сохраняются высокие ставки по депозитам, для оперативных вложений использую расходуемый и пополняемый вклад, а также фонд денежного рынка SBMM на фондовом рынке, где доход начисляется ежедневно. В конце 2025 года дополнитель

Почему, когда мы покупаем автомобиль, телефон или бытовую технику, а также продаём что-то незначительное и не слишком ценное, мы спокойно поручаем это специалистам, но как только встаёт вопрос о покупке или продаже квартиры, дома или коммерческого помещения, возникает уверенность, что с этим можно справиться самостоятельно. При этом с такими сделками большинство сталкивается нечасто, из-за чего упускаются важные детали: текущие рыночные тренды, динамика цен, изменение стоимости услуг агентств, актуальные рекламные инструменты, понимание того, кто сейчас доминирует на рынке — покупатель или продавец. Безусловно, у профессии есть неоднозначная репутация. Существуют чёрные и серые риэлторы, готовые идти на сомнительные схемы ради сиюминутной выгоды. У кого-то был собственный неудачный опыт работы с агентством, кто-то слышал негативные истории, а кто-то просто не хочет платить комиссию — из принципиальности, экономии или недоверия. Все эти причины понятны, но они не отражают картину рынка

Хотелось бы обсудить важную и, к сожалению, все более актуальную тему. Представьте ситуацию: вы собственник квартиры и годами судитесь за право выселить людей, которые продолжают в ней проживать — на основании старой регистрации, прекращённого договора аренды, по которому давно не платят, либо это бывший собственник, отказывающийся съезжать, ссылаясь на то, что его ввели в заблуждение, обманули, он не осознавал своих действий или ему просто негде жить. Ситуации действительно бывают разными, но в целом проблема в другом: действующая правоприменительная практика слабо защищает право частной собственности. Логично, чтобы суд по вопросу выселения рассматривался в одно, максимум два заседания, а все остальные споры — об оспаривании сделки, смене собственника, компенсациях — решались отдельными исками. Если в дальнейшем суд придёт к выводу, что сделка подлежит оспариванию и собственник должен смениться, объект просто возвращается прежнему владельцу — без затягивания процесса и подмены понят

1 января 1700 года Пётр I издал указ о том, что вся недвижимость должна регистрироваться централизованно. У этого решения было сразу несколько целей: государство должно было понимать, кто и чем владеет, пополнять казну за счёт пошлин с каждой сделки, а также снижать количество споров и защищать оборот недвижимости от мошенничества. Именно тогда была заложена основа системы, на которой в дальнейшем выстраивалось регулирование имущественных отношений. 2025 год наглядно показал, что россияне способны терпеть многое, за исключением посягательств на право частной собственности и собственное жильё. Это стало особенно заметно на фоне дела Долина — Лурье: общественное мнение консолидировалось с редкой для последних лет силой, а параллельные истории с мошенничеством вскрыли целый «ящик Пандоры» — пробелы и противоречия в законодательстве и судебной практике. Можно услышать разные версии причин такой реакции общества, но, на мой взгляд, ключевая из них проста: каждый мысленно поставил себя на м

Январь традиционно считается «мёртвым» месяцем для рынка недвижимости — и, скорее всего, так будет и в этот раз. Февраль же станет определяющим и задаст вектор по продажам и ценам. Но всё ли так однозначно? Я ожидаю достаточно неоднозначную ситуацию на рынке. С одной стороны, предпосылки к росту стоимости квадратного метра есть: сокращение объёмов строительства, формирование дефицита предложения, рост стоимости строительных материалов и работ. Но есть и другая сторона. Нераспроданность квадратных метров в городах-миллионниках продолжает расти, и это может привести к банкротствам застройщиков, за которыми потянется целая цепочка проблем. Банки всё менее охотно выдают кредиты — и на это есть объективные причины: растёт просрочка по потребительским кредитам и ипотеке, появляются данные о скрытой безработице от Минтруда. Высокая ключевая ставка хоть и демонстрирует тренд на снижение, но темпы этого снижения явно не быстрые. Борьба с инфляцией, по сути, только начинается. НДС повышен, тари

Я внимательно следил за делом Ларисы Долиной и Полины Лурье не как сторонний наблюдатель, а как человек, много лет работающий с недвижимостью и понимающий, насколько хрупким может быть баланс доверия в сделках с жильем. Решение Верховного суда — отказать в удовлетворении иска Ларисы Долиной и признать право собственности за Полиной Лурье — стало не просто финалом одного громкого спора. По сути, это ответ на системный вызов, с которым рынок недвижимости столкнулся в последние пару лет. Почему это решение принципиально важно? Главный вопрос этого дела был шире, чем судьба конкретной квартиры в Хамовниках. Суду нужно было ответить на опасный прецедентный запрос: можно ли лишить добросовестного покупателя недвижимости его собственности только потому, что продавец стал жертвой мошенников после совершения сделки? Верховный суд дал однозначный и, на мой взгляд, единственно возможный ответ — нельзя. Если бы позиция нижестоящих судов устояла, рынок оказался бы в ситуации правового хаоса. Любая

История Долиной—Лурье до сих пор остаётся в фокусе общественного внимания. Её обсуждают на телевидении, в профессиональной среде, в кафе и даже в семейных разговорах. Прошло уже несколько недель с момента, когда под давлением общественного резонанса прозвучали заявления о намерении вернуть утраченные деньги — пусть не сразу, возможно, только после прохождения всех судебных инстанций, а возможно, с появлением новых обстоятельств, о которых мы ещё услышим. Но если отвлечься от эмоций и персоналий, возникает куда более важный вопрос: что за этим стоит и какие системные меры могут быть приняты, чтобы подобные ситуации не повторялись и не вызывали столь болезненный общественный резонанс? Уже сейчас слышны отголоски возможных изменений, которые затронут рынок недвижимости и сферу риэлторских услуг. По сути, речь идёт о целом комплексе потенциальных мер: лицензировании и обязательном обучении агентств, страховании профессиональной ответственности, развитии института страхования титула, расши

Недавние громкие судебные процессы — включая историю Лурье–Долиной — усилили тревожность покупателей на вторичном рынке недвижимости. Многие начали воспринимать нотариуса как абсолютную защиту сделки. Недавно я получил вопрос: «Если оформлять через нотариуса, разве он не гарантирует безопасность? Разве нотариус не проверяет всё?» На практике всё намного сложнее — и именно поэтому рынок сегодня так напряжён. Почему нотариус не даёт полной гарантии Несмотря на распространённый миф, нотариальное удостоверение сделки не устраняет все риски. Судебная практика последних лет показывает, что сделки, прошедшие через нотариуса, всё равно могут быть признаны недействительными, а покупатели — лишиться и жилья, и денег. 1. Нотариус может ошибаться В судебной системе уже есть многочисленные дела, где нотариусы: не распознавали поддельные паспорта, путали мошенников с наследниками, принимали фальшивые завещания за реальные. И это — только те случаи, что дошли до Верховного суда. В региональных судах