Предыдущая публикация
Фильтр
Я купила дом, о котором мечтала, а муж сразу объявил: "Мама и сестра с детьми будут жить здесь. Им тесно в квартире. Даже не спорь, мы уже всё решили!", потом он уехал за ними, а когда вернулся то остолбенел от увиденного...
Легкое покалывание пробежало по вискам Анны, вызванное не слабостью, а ликованием. Ключи, с приятным холодком, коснулись ладони. Она судорожно сжала их, будто опасаясь развеять долгожданное наваждение. Дом, наконец, принадлежал ей, безраздельно. После долгих лет существования в крошечной квартире, где каждый вдох, каждое движение находилось под пристальным наблюдением деспотичной Тамары Ивановны, она обрела долгожданную свободу.
Дом, расположенный на самой окраине небо
Легкое покалывание пробежало по вискам Анны, вызванное не слабостью, а ликованием. Ключи, с приятным холодком, коснулись ладони. Она судорожно сжала их, будто опасаясь развеять долгожданное наваждение. Дом, наконец, принадлежал ей, безраздельно. После долгих лет существования в крошечной квартире, где каждый вдох, каждое движение находилось под пристальным наблюдением деспотичной Тамары Ивановны, она обрела долгожданную свободу.
Дом, расположенный на самой окраине небо
Я заподозрила что муж подмешивает мне снотворное в чай. В тот вечер я вылила его, пока он отошёл и сделала вид, будто уснула, но от того что произошло потом, я оторопела...
Дарья ощущала себя обессиленной, словно из неё выжали все соки. Не так давно жизнь представлялась ей полной ярких красок и событий, а теперь каждый новый день превращался в изнурительную борьбу с подступающей усталостью. Работа, некогда любимая, теперь казалась неподъёмным бременем; финансовые отчёты, графики, аналитические данные – всё расплывалось в её глазах, словно за туманной завесой. Она стала совершать ошибки, что было для неё совершенно несвойственно, и с тревогой ожидала вызова к начальству. Вечера были ещё хуж
Дарья ощущала себя обессиленной, словно из неё выжали все соки. Не так давно жизнь представлялась ей полной ярких красок и событий, а теперь каждый новый день превращался в изнурительную борьбу с подступающей усталостью. Работа, некогда любимая, теперь казалась неподъёмным бременем; финансовые отчёты, графики, аналитические данные – всё расплывалось в её глазах, словно за туманной завесой. Она стала совершать ошибки, что было для неё совершенно несвойственно, и с тревогой ожидала вызова к начальству. Вечера были ещё хуж
Пока Нина гнила за решёткой по ложному обвинению, муж с любовницей и свекровью жировали в её квартире. А однажды, придя с работы, муж оторопел от увиденного
Доставая ключ из глубин кармана, Нина не питала особых иллюзий, просто не видела иного выхода. А вдруг повезет? Вдруг случится хоть какое-то чудо? Когда-нибудь же в ее жизни должно произойти что-то хорошее. Женщина только что покинула стены исправительного учреждения, где провела долгие годы. Теперь, на свободе, ей предстояло заново привыкать к обычной жизни.
Здесь у нее почти никого не осталось. Муж бросил, родители скончались давно, и, к счастью, не увидели ее позора. Кое-какие подруги, кажется, еще были – общение не прекращалось, а
Доставая ключ из глубин кармана, Нина не питала особых иллюзий, просто не видела иного выхода. А вдруг повезет? Вдруг случится хоть какое-то чудо? Когда-нибудь же в ее жизни должно произойти что-то хорошее. Женщина только что покинула стены исправительного учреждения, где провела долгие годы. Теперь, на свободе, ей предстояло заново привыкать к обычной жизни.
Здесь у нее почти никого не осталось. Муж бросил, родители скончались давно, и, к счастью, не увидели ее позора. Кое-какие подруги, кажется, еще были – общение не прекращалось, а
Случилось это в далеких 80-х, когда обычные стационарные телефоны не в каждой квартире были, а уж о сотовых вообще речь не шла.
Стоял февраль. Кстати, и зимы тогда были другие, никаких там оттепелей неожиданных, февраль – значит февраль! Холод, воющие вьюги, затянутое тучами небо и много снега, все, как положено. Особенно в суровых уральских краях февралю положено быть именно таким…
Бабушка с внучкой ехали из города на восьмичасовой электричке.
Все в этой семье было до странного наоборот. «Бабушка», высокая статная женщина пятидесяти лет, жила в городе, имела там небольшую квартиру и хорошую должность старшего экономиста в огромном трамвайно-троллейбусном депо. Так что, «бабушкой» она был
Стоял февраль. Кстати, и зимы тогда были другие, никаких там оттепелей неожиданных, февраль – значит февраль! Холод, воющие вьюги, затянутое тучами небо и много снега, все, как положено. Особенно в суровых уральских краях февралю положено быть именно таким…
Бабушка с внучкой ехали из города на восьмичасовой электричке.
Все в этой семье было до странного наоборот. «Бабушка», высокая статная женщина пятидесяти лет, жила в городе, имела там небольшую квартиру и хорошую должность старшего экономиста в огромном трамвайно-троллейбусном депо. Так что, «бабушкой» она был
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
- Администратор: