Фильтр
  • Класс
Яблочный Oстров
Нырнувший в зеркало
И вышедший из воды,
Ушедший старым –
Вернувшийся молодым.
На острове яблок
Полупрозрачны арфы –
Полупрозрачны руки,
Срывающие плоды.

Воля твоя
Крепче каменных стен –
Я вернусь к тебе в пору цветения,
Яблочный остров.
Воля твоя
Крепче каменных стен –
Я вернусь к тебе в пору цветения,
Яблочный остров.

Тонкие белые женщины
Мне сшили рубаху –
В предчувствии розмарина,
Без надрезов и швов.
Приготовленья начаты
И я уже вижу мачты
Тех, что плывут на запад.
Я так давно слышу зов.

Вера моя
Крепче каменных стен –
Я вернусь к тебе в пору цветения,
Яблочный остров.
Вера моя
Крепче каменных стен –
Я вернусь к тебе в пору цветения,
Яблочный остров.
  • Класс
"В русской культуре можно найти всё. И всё, что находится в русской культуре, является русским фольклором"
В судьбах и уходах композитора Родиона Щедрина (скончался сегодня в Мюнхене на 93-м году жизни) и его покойной супруги балерины Майи Плисецкой (ушедшей десять лет назад в Мюнхене же, немного не дожила до девяноста) меня, как литератора, больше всего занимает маяковский (и даже, более того, лили-бриковский) контекст.
Сегодня, в откликах на смерть композитора, часто приводят пожелание Щедрина, выраженное в стихотворной практически форме, в интервью Владимиру Познеру:
«Я хотел бы быть вечно с моей женой».

Собственно, почти стихотворной строка становится, если понять, что это парафраз известного лирического всхлипа Маяковского:
Я хочу быть понят моей страной,
А не буду понят — что ж.
По родной
  • Класс
  • Класс
Показать ещё