Предыдущая публикация
Фильтр
10:10
Однажды в Узяне, в Башкирии, на пленере с друзьями из родной 33 группы ХГФ (выпуск 1981 г.).
Слева направо:
Нина Гриневич,
Валерий Наумов,
Вадим Егоров.
Дивные места, роскошная природа, божественные восходы и закаты...
Именно здесь, в узянских просторах, в период между 1973 и 1983 годами, режиссёрами Владимиром Краснопольским и Валерием Усковым по мотивам одноимённого романа Анатолия Иванова, рождался фильм "Вечный зов"!
Руководитель пленера -
Борис Григорьевич Гагарин.
1979 г.
Слева направо:
Нина Гриневич,
Валерий Наумов,
Вадим Егоров.
Дивные места, роскошная природа, божественные восходы и закаты...
Именно здесь, в узянских просторах, в период между 1973 и 1983 годами, режиссёрами Владимиром Краснопольским и Валерием Усковым по мотивам одноимённого романа Анатолия Иванова, рождался фильм "Вечный зов"!
Руководитель пленера -
Борис Григорьевич Гагарин.
1979 г.
АРСЕНИЙ ТАРКОВСКИЙ
Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог,
За то, что я травы ему под ноги
Не постелил на выжженной дороге,
За то, что я не развязал шнурков
Его крестьянских пыльных башмаков,
За то, что в зной не дал ему напиться,
Не помешал в больнице застрелиться.
Стою себе, а надо мной навис
Закрученный, как пламя, кипарис,
Лимонный крон и темно-голубое,-
Без них не стал бы я самим собою;
Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.
А эта грубость ангела, с какою
Он свой мазок роднит с моей строкою,
Ведет и вас через его зрачок
Туда, где дышит звездами Ван-Гог.
Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог,
За то, что я травы ему под ноги
Не постелил на выжженной дороге,
За то, что я не развязал шнурков
Его крестьянских пыльных башмаков,
За то, что в зной не дал ему напиться,
Не помешал в больнице застрелиться.
Стою себе, а надо мной навис
Закрученный, как пламя, кипарис,
Лимонный крон и темно-голубое,-
Без них не стал бы я самим собою;
Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.
А эта грубость ангела, с какою
Он свой мазок роднит с моей строкою,
Ведет и вас через его зрачок
Туда, где дышит звездами Ван-Гог.
НАШИ МЭТРЫ
Эдуард Медер (Магнитогорск)
Ох, лето красное! любил бы я тебя, Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи... (С)
Иногда злые добрые люди хватают меня, сажают, не слушая никаких возражений, в машину и везут из цивилизованной прокуренной мастерской в дикую глушь, где какой-то странный воздух и вообще — см. выше.
И вот результат например. Безобразие, начало 21-го века!..
Эдуард Медер (Магнитогорск)
Ох, лето красное! любил бы я тебя, Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи... (С)
Иногда злые добрые люди хватают меня, сажают, не слушая никаких возражений, в машину и везут из цивилизованной прокуренной мастерской в дикую глушь, где какой-то странный воздух и вообще — см. выше.
И вот результат например. Безобразие, начало 21-го века!..
ВСПОМИНАЯ ЛЮБИМЫХ ХУДОЖНИКОВ
Юнна Мориц
* * *
При жизни Ван Гог не вписался в рынок,
Вписалось много туда картинок,
Которые могут украсить стены
Владельцев, способных скупать искусство,
Расти на которое будут цены, -
Ван Гог не вписался в такое чувство
Грядущих цен, это - их промашка,
Но было не им, а Ван Гогу тяжко.
Однако, Ван Гогу была подмога -
Брат его Тео, подарок Бога,
Защита свыше, источник света,
Который вписался в судьбу Ван Гога, -
Такого брата должно быть много,
Всех цен заоблачней братство это.
Юнна Мориц
* * *
При жизни Ван Гог не вписался в рынок,
Вписалось много туда картинок,
Которые могут украсить стены
Владельцев, способных скупать искусство,
Расти на которое будут цены, -
Ван Гог не вписался в такое чувство
Грядущих цен, это - их промашка,
Но было не им, а Ван Гогу тяжко.
Однако, Ван Гогу была подмога -
Брат его Тео, подарок Бога,
Защита свыше, источник света,
Который вписался в судьбу Ван Гога, -
Такого брата должно быть много,
Всех цен заоблачней братство это.
загрузка
Показать ещё