Предыдущая публикация
Одев корону золотую бабье лето
Виктор Лицуков
Одев корону золотую, бабье лето
Роняет пряности заплакавших берёз,
На землю сыплется мелодией поэта,
В миры вплывая вечно празднующих грёз.
И ароматом тишина на ложе манит
Из бриллианта увядающей травы,
Где языком лизать шершавым не устанет
Вечерний ветер покрывало из листвы.
Я в этой прелести осенней ясно вижу
Твою распахнутую плоть, твой силуэт,
И на тебе лучом, блуждающе бесстыжем,
Моих желаний - солнца царствующий свет.
Что за мираж, неужто осени обманы?
Что за виденье, неужели я в бреду?
Ведь я всю жизнь прожил седеющим туманом,
Теперь - в окутанном желаньями стыду!
Но ты в закате, как червонно - золотая,
Лучами вылизана в глянцевом поту,
И я безумно целовать тебя желаю,
И не мираж – твою живую красоту!
© Copyright: Виктор Лицуков, 2015
Свидетельство о публикации №115091306182
В книге меж страниц кленовый лист
Виктор Лицуков
В книге меж страниц кленовый лист,
Пожелтел, разгладился и высох.
Был когда-то зелен, свеж и чист,
Но сорвался и гонялся в высях,
В воздухе, пока питали соки.
И однажды, пасмурной порой,
Залетел он слишком уж далеко.
Как-то выводил меня конвой
Поутру гулять в тюремный дворик,
Плёлся я с поникшей головой,
Ветер в крышах свистом с кем-то спорил.
Лист увидел, кинулся к нему.
Он лежал растоптан и измятый.
Я поднял, и в памятном дыму
Поплыли рассветы и закаты.
Как же ты листочек залетел
И за эти каменные стены?
Ветру ты, доверившись, летел,
И не ждал такой измены.
Так и мы гонимые порой,
От родного уходя порога,
В жизни увлекаемся игрой,
Забывая матерей и Бога.
И пока несёт нас кутерьма,
Верим мы в везенье и удачу.
Только за доверие, тюрьма,
То ли я плачу, а то ли трачу.
Сохраню я тот кленовый лист,
Как пример нежданного финала,
Если ты сорвался и завис,
Не упал, то начинай сначала!
© Copyright: Виктор Лицуков, 2018
Свидетельство о публикации №118032410341
Уходи, я ненавижу Боль,
Дрожжи я приятной ненавижу,
Пусть я вру, ну отойди на столь
Чтобы быть еще чуть – чуть поближе.
Отойди, сейчас я упаду
Уж дыханье рвет, как ветер снежный,
Где я столько сил в себе найду,
Чтоб тебя принять такою нежной.
Уходи, я видеть не хочу…
Как я пал к ногам…?! Поработила!
Я шепчу, кричу, а сам молчу
Кто ты есть? чтоб быть такою милой.
Губы так сочны блестят росой,
Отойди, не мажь меня помадой
Лучше б с автомата полосой
Чем сказала ты – «бороться надо».
Музой ты неведомых стихий
Чудом ворвалась в мое искусство
Из двух слов ты родила стихи
И наружу вывернула чувства.
Уходи я ненавижу свет,
Сном приди в ночное время суток.
Уходи не говоря мне нет
Но не исчезай, ни на минуту.
ВИКТОР ЛИЦУКОВ
Фильтр
Одев корону золотую бабье лето
Виктор Лицуков
Одев корону золотую, бабье лето
Роняет пряности заплакавших берёз,
На землю сыплется мелодией поэта,
В миры вплывая вечно празднующих грёз.
И ароматом тишина на ложе манит
Из бриллианта увядающей травы,
Где языком лизать шершавым не устанет
Вечерний ветер покрывало из листвы.
Я в этой прелести осенней ясно вижу
Твою распахнутую плоть, твой силуэт,
И на тебе лучом, блуждающе бесстыжем,
Моих желаний - солнца царствующий свет.
Что за мираж, неужто осени обманы?
Что за виденье, неужели я в бреду?
Ведь я всю жизнь прожил седеющим туманом,
Теперь - в окутанном желаньями стыду!
Но ты в закате, как червонно - золотая,
Лучами вылизана в глянцевом пот
Виктор Лицуков
Одев корону золотую, бабье лето
Роняет пряности заплакавших берёз,
На землю сыплется мелодией поэта,
В миры вплывая вечно празднующих грёз.
И ароматом тишина на ложе манит
Из бриллианта увядающей травы,
Где языком лизать шершавым не устанет
Вечерний ветер покрывало из листвы.
Я в этой прелести осенней ясно вижу
Твою распахнутую плоть, твой силуэт,
И на тебе лучом, блуждающе бесстыжем,
Моих желаний - солнца царствующий свет.
Что за мираж, неужто осени обманы?
Что за виденье, неужели я в бреду?
Ведь я всю жизнь прожил седеющим туманом,
Теперь - в окутанном желаньями стыду!
Но ты в закате, как червонно - золотая,
Лучами вылизана в глянцевом пот
В книге меж страниц кленовый лист
Виктор Лицуков
В книге меж страниц кленовый лист,
Пожелтел, разгладился и высох.
Был когда-то зелен, свеж и чист,
Но сорвался и гонялся в высях,
В воздухе, пока питали соки.
И однажды, пасмурной порой,
Залетел он слишком уж далеко.
Как-то выводил меня конвой
Поутру гулять в тюремный дворик,
Плёлся я с поникшей головой,
Ветер в крышах свистом с кем-то спорил.
Лист увидел, кинулся к нему.
Он лежал растоптан и измятый.
Я поднял, и в памятном дыму
Поплыли рассветы и закаты.
Как же ты листочек залетел
И за эти каменные стены?
Ветру ты, доверившись, летел,
И не ждал такой измены.
Так и мы гонимые порой,
От родного уходя порога,
В жизни увлекаемся игрой,
Забывая
Виктор Лицуков
В книге меж страниц кленовый лист,
Пожелтел, разгладился и высох.
Был когда-то зелен, свеж и чист,
Но сорвался и гонялся в высях,
В воздухе, пока питали соки.
И однажды, пасмурной порой,
Залетел он слишком уж далеко.
Как-то выводил меня конвой
Поутру гулять в тюремный дворик,
Плёлся я с поникшей головой,
Ветер в крышах свистом с кем-то спорил.
Лист увидел, кинулся к нему.
Он лежал растоптан и измятый.
Я поднял, и в памятном дыму
Поплыли рассветы и закаты.
Как же ты листочек залетел
И за эти каменные стены?
Ветру ты, доверившись, летел,
И не ждал такой измены.
Так и мы гонимые порой,
От родного уходя порога,
В жизни увлекаемся игрой,
Забывая
Подними сынок
Виктор Лицуков
Как глаза родные молча плакали,
Пряча слёзы где-то по углам
И в подушку слёзы тихо капали
За своих сынов Российских мам.
Помню, как держа за руку шуткою
В детстве я просил – ну мам прости,
А она мне тоже прибауткою –
Ох, ну ладно, хватит отпусти.
Вместе шли в года рукою об руку
И всегда вопрос - когда придёшь?
И ответ – ну мам, не падай в обморок
Ты же все равно меня дождёш.
Дождики сменяются туманами,
А у мам в душе одни дожди,
Только мы всегда, всегда с обманами,
И они с надеждами – приди…..!
То свиданье было очень краткое,
- Ты ж сыночек жизнь мою украл
- Я вернусь, клянусь сорвалось, краткое
И сам понял, что опять соврал.
И вернулся через годы
Виктор Лицуков
Как глаза родные молча плакали,
Пряча слёзы где-то по углам
И в подушку слёзы тихо капали
За своих сынов Российских мам.
Помню, как держа за руку шуткою
В детстве я просил – ну мам прости,
А она мне тоже прибауткою –
Ох, ну ладно, хватит отпусти.
Вместе шли в года рукою об руку
И всегда вопрос - когда придёшь?
И ответ – ну мам, не падай в обморок
Ты же все равно меня дождёш.
Дождики сменяются туманами,
А у мам в душе одни дожди,
Только мы всегда, всегда с обманами,
И они с надеждами – приди…..!
То свиданье было очень краткое,
- Ты ж сыночек жизнь мою украл
- Я вернусь, клянусь сорвалось, краткое
И сам понял, что опять соврал.
И вернулся через годы
Как важен чёрный бархат и приятен
Виктор Лицуков
Как важен чёрный бархат и приятен,
Прохладный и таинственный на вид,
Он не покажет вовсе грязных пятен,
Искрист и гладок – при свечах блестит.
И мягкостью так женственен и нежен,
Пушист, и под рукой как легкий вздох.
В душе своей и чист, и белоснежен
И не таит какой-нибудь подвох.
Он непокорен, горд девичьей статью,
А скромность бус горит из янтаря.
Я подарил тебе бы это платье
В заснеженное утро января.
Чтоб чистота души не улетела.
Пусть он хранит в таинственности лет
Твоё благоухающее тело,
Пока меня с тобою рядом нет.
Ах, чёрный бархат – прелести и ахи!
Пишу романс, вот спеть бы мне успеть...
Я положил бы голову на плаху,
Чтоб только
Виктор Лицуков
Как важен чёрный бархат и приятен,
Прохладный и таинственный на вид,
Он не покажет вовсе грязных пятен,
Искрист и гладок – при свечах блестит.
И мягкостью так женственен и нежен,
Пушист, и под рукой как легкий вздох.
В душе своей и чист, и белоснежен
И не таит какой-нибудь подвох.
Он непокорен, горд девичьей статью,
А скромность бус горит из янтаря.
Я подарил тебе бы это платье
В заснеженное утро января.
Чтоб чистота души не улетела.
Пусть он хранит в таинственности лет
Твоё благоухающее тело,
Пока меня с тобою рядом нет.
Ах, чёрный бархат – прелести и ахи!
Пишу романс, вот спеть бы мне успеть...
Я положил бы голову на плаху,
Чтоб только
Уходи, я ненавижу Боль,
Дрожжи я приятной ненавижу,
Пусть я вру, ну отойди на столь
Чтобы быть еще чуть – чуть поближе.
Отойди, сейчас я упаду
Уж дыханье рвет, как ветер снежный,
Где я столько сил в себе найду,
Чтоб тебя принять такою нежной.
Уходи, я видеть не хочу…
Как я пал к ногам…?! Поработила!
Я шепчу, кричу, а сам молчу
Кто ты есть? чтоб быть такою милой.
Губы так сочны блестят росой,
Отойди, не мажь меня помадой
Лучше б с автомата полосой
Чем сказала ты – «бороться надо».
Музой ты неведомых стихий
Чудом ворвалась в мое искусство
Из двух слов ты родила стихи
И наружу вывернула чувства.
Уходи я ненавижу свет,
Сном приди в ночное время суток.
Уходи не говоря мне нет
Но не исчеза
Дрожжи я приятной ненавижу,
Пусть я вру, ну отойди на столь
Чтобы быть еще чуть – чуть поближе.
Отойди, сейчас я упаду
Уж дыханье рвет, как ветер снежный,
Где я столько сил в себе найду,
Чтоб тебя принять такою нежной.
Уходи, я видеть не хочу…
Как я пал к ногам…?! Поработила!
Я шепчу, кричу, а сам молчу
Кто ты есть? чтоб быть такою милой.
Губы так сочны блестят росой,
Отойди, не мажь меня помадой
Лучше б с автомата полосой
Чем сказала ты – «бороться надо».
Музой ты неведомых стихий
Чудом ворвалась в мое искусство
Из двух слов ты родила стихи
И наружу вывернула чувства.
Уходи я ненавижу свет,
Сном приди в ночное время суток.
Уходи не говоря мне нет
Но не исчеза
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
" Я лечу, где покой, и блаженства уют
Заливает ЛЮБОВЬЮ сердца АБСОЛЮТ!
Пусть зальёт мою плоть, чтобы в алчущей мгле
Я дарил, как Господь, Всем любовь на Земле!"
личный сайт: licukov.ru
Скрыть информацию
Фото из альбомов
Ссылки на группу
51 943 участника
469 участников
411 468 участников