Предыдущая публикация
Фильтр
Рассвет. Тоска. Опять не спал.
Устал. В дыму. Глаза слезятся.
Я обожаю тишину, мне дорог мой защитный панцирь...
Терпенье - тлен. Рой мыслей - тля.
Я дик как спирит, душа прерий.
Вы не достанете меня. Закрою двери..
В плену закрытых, прочных схем. Совсем никто не нужен .
Я добровольный узник стен.
Плевать, что там, снаружи.
Мне чужды нужды общества.
В потёмках. Невпопад.
Лелею одиночество.
Простой социопат.
© Константин Пластинин
Устал. В дыму. Глаза слезятся.
Я обожаю тишину, мне дорог мой защитный панцирь...
Терпенье - тлен. Рой мыслей - тля.
Я дик как спирит, душа прерий.
Вы не достанете меня. Закрою двери..
В плену закрытых, прочных схем. Совсем никто не нужен .
Я добровольный узник стен.
Плевать, что там, снаружи.
Мне чужды нужды общества.
В потёмках. Невпопад.
Лелею одиночество.
Простой социопат.
© Константин Пластинин
© Константин Пластинин
Я слишком устал в этой трясине,
Один против всех и будто в грязи.
Как рыба в песке рот свой разинув,
И нет сил сказать даже тихо "Спаси!".
Прости меня, Боже, и хватит насилия,
Над сердцем моим, над жизнью моей.
Озноб бьет до дрожи, я весь обессилен,
Не видно конца этих пасмурных дней.
Как в пьяном бреду я бреду вдоль обрыва,
Молюсь, спотыкаюсь, валюсь и дрожу,
И жизнь кувырком, и все как-то криво,
Я крики руками своими держу...
В душе горький тлен, где брови морщинка,
Но я как червяк сокращаясь ползу,
Во мраке, на свет размером с песчинку,
Что взор мой увидел через слезу...
© Константин Пластилин
Я слишком устал в этой трясине,
Один против всех и будто в грязи.
Как рыба в песке рот свой разинув,
И нет сил сказать даже тихо "Спаси!".
Прости меня, Боже, и хватит насилия,
Над сердцем моим, над жизнью моей.
Озноб бьет до дрожи, я весь обессилен,
Не видно конца этих пасмурных дней.
Как в пьяном бреду я бреду вдоль обрыва,
Молюсь, спотыкаюсь, валюсь и дрожу,
И жизнь кувырком, и все как-то криво,
Я крики руками своими держу...
В душе горький тлен, где брови морщинка,
Но я как червяк сокращаясь ползу,
Во мраке, на свет размером с песчинку,
Что взор мой увидел через слезу...
© Константин Пластилин
Выстрелы в упор, но я живой вроде,
Твои слова-пули, но давай без пародий.
Как обухом в затылок, как кислотой в лицо,
На боль ты не скупишься, и в глотку льешь свинцом.
Твои слова как бритва...ну, хватит, перестань,
Я понял, что я худший, урод, подлец и дрянь.
Что жизнь тебе испортил, что многого не дал.
И даже, вот, сейчас, затеял весь скандал...
...Ты знаешь, попривык я, уже не так болит,
Я будто наркоман, я словно инвалид.
Мне многого не нужно, ты просто помолчи,
Нет? Ладно, успокойся. Держи свои ключи.
Вещей моих немного, я быстро соберу,
Не бойся, не останусь, уеду поутру.
Сейчас, давай без шума, спокойно полежим
Скажи, когда я стал тебе таким чужим?..
Хот
Твои слова-пули, но давай без пародий.
Как обухом в затылок, как кислотой в лицо,
На боль ты не скупишься, и в глотку льешь свинцом.
Твои слова как бритва...ну, хватит, перестань,
Я понял, что я худший, урод, подлец и дрянь.
Что жизнь тебе испортил, что многого не дал.
И даже, вот, сейчас, затеял весь скандал...
...Ты знаешь, попривык я, уже не так болит,
Я будто наркоман, я словно инвалид.
Мне многого не нужно, ты просто помолчи,
Нет? Ладно, успокойся. Держи свои ключи.
Вещей моих немного, я быстро соберу,
Не бойся, не останусь, уеду поутру.
Сейчас, давай без шума, спокойно полежим
Скажи, когда я стал тебе таким чужим?..
Хот
© Константин Пластинин
Я знаю точно, что ты где-то рядом,
Ты также одинока как и я.
И также ищешь, среди тысяч взглядов,
...меня
И в эту черно-белую погоду,
В огромном городе, среди людей брожу.
Как узник недоступную свободу,
...тебя я жду
Ты то, что мною движет постоянно,
Что в жизнь мою закладывает суть.
И пусть сегодня, я немного пьяный,
...совсем чуть-чуть
Давно мной заготовлены слова,
На случай нашей первой встречи.
Возможно, от волнений разболится голова,
...в тот вечер
Мы будем вместе, верю, очень-очень,
Пройдет немного времени совсем.
Когда смогу без лишних полномочий,
...уйти в твой плен
Я знаю точно, что ты где-то рядом,
Ты также одинока как и я.
И также ищешь, среди тысяч вз
Я знаю точно, что ты где-то рядом,
Ты также одинока как и я.
И также ищешь, среди тысяч взглядов,
...меня
И в эту черно-белую погоду,
В огромном городе, среди людей брожу.
Как узник недоступную свободу,
...тебя я жду
Ты то, что мною движет постоянно,
Что в жизнь мою закладывает суть.
И пусть сегодня, я немного пьяный,
...совсем чуть-чуть
Давно мной заготовлены слова,
На случай нашей первой встречи.
Возможно, от волнений разболится голова,
...в тот вечер
Мы будем вместе, верю, очень-очень,
Пройдет немного времени совсем.
Когда смогу без лишних полномочий,
...уйти в твой плен
Я знаю точно, что ты где-то рядом,
Ты также одинока как и я.
И также ищешь, среди тысяч вз
Совместная работа, практически экспромт и немного языкового креатива с моим другом, земляком и талантливым человеком Владом Домбровским.
© Константин Пластинин, Владислав Домбровский
..Навіщо ти мені коли немає щирих поглядів?
навіщо ти мені в цю темну зиму -
я божеволію тут сам під ковдрами,
я засинаю серед диму.
..Прекрасно помню твою страсть,
движенье нежных губ твоих -
когда любовную мы связь
делили на двоих.
..Я пам'ятаю все - нажаль ще відчваю
вагу твоїх м'яких плечей,
і кожен день іще звикаю
до самоти ночей.
..Но беспощадны ночи те ко мне,
Они жуют и рвут все изнутри.
И как в агонии верчусь я в темноте,
Прошу, оставь меня, что хочешь забери.
© Константин Пластинин, Владисл
© Константин Пластинин, Владислав Домбровский
..Навіщо ти мені коли немає щирих поглядів?
навіщо ти мені в цю темну зиму -
я божеволію тут сам під ковдрами,
я засинаю серед диму.
..Прекрасно помню твою страсть,
движенье нежных губ твоих -
когда любовную мы связь
делили на двоих.
..Я пам'ятаю все - нажаль ще відчваю
вагу твоїх м'яких плечей,
і кожен день іще звикаю
до самоти ночей.
..Но беспощадны ночи те ко мне,
Они жуют и рвут все изнутри.
И как в агонии верчусь я в темноте,
Прошу, оставь меня, что хочешь забери.
© Константин Пластинин, Владисл
© Константин Пластинин
Я знаю, почему я не влюбляюсь,
Мою любовь навек сгубила ты.
И я как мраморный, теперь, ни в чем не каюсь,
Ведь ты забрала мои лучшие черты.
Ты мне оставила лишь гордость и надменность,
Высокомерие, пустой, холодный взгляд.
Я напрочь позабыл, что значит ревность,
Я стал другим, так люди говорят.
Дарил я, что имел, давал, все то, что было,
Готов отдать был сердца биение свое.
Но ты мою любовь в касанье остудила.
Теперь мой сад в душе, вовек не зацветет.
Разбит, разорван в клочья,
Раздавлен, весь, сожжен.
Мой мир, когда-то прочный,
Теперь, он к верху дном.
И лучше стать, я вовсе не пытаюсь,
Уверен, будет больно, мне падать с высоты.
Но я как мраморный, сейчас, ни
Я знаю, почему я не влюбляюсь,
Мою любовь навек сгубила ты.
И я как мраморный, теперь, ни в чем не каюсь,
Ведь ты забрала мои лучшие черты.
Ты мне оставила лишь гордость и надменность,
Высокомерие, пустой, холодный взгляд.
Я напрочь позабыл, что значит ревность,
Я стал другим, так люди говорят.
Дарил я, что имел, давал, все то, что было,
Готов отдать был сердца биение свое.
Но ты мою любовь в касанье остудила.
Теперь мой сад в душе, вовек не зацветет.
Разбит, разорван в клочья,
Раздавлен, весь, сожжен.
Мой мир, когда-то прочный,
Теперь, он к верху дном.
И лучше стать, я вовсе не пытаюсь,
Уверен, будет больно, мне падать с высоты.
Но я как мраморный, сейчас, ни
© Константин Пластинин
Я помню, было холодно той ночью,
Еще тебя боялся отпускать.
Подумал, вдруг, ты больше не захочешь,
Меня еще разок увидеть, и обнять.
Держал я твои руки тогда нежно,
Пытаясь их согреть своим теплом.
Стояли мы у темного подъезда,
И ты пускала пар открытым ртом.
И дом уже уснул, горит лишь пару окон,
Прижалась ты ко мне, и я тебя обнял.
Без спроса я убрал, с лица твой черный локон.
И также, не спросив, тебя поцеловал.
Прошло уж много лет, я целовал уж многих,
И за руку держа, до дома провожал,
Переступал я часто женские пороги,
Но только для тебя стих этот написал.
© Константин Пластинин
Я помню, было холодно той ночью,
Еще тебя боялся отпускать.
Подумал, вдруг, ты больше не захочешь,
Меня еще разок увидеть, и обнять.
Держал я твои руки тогда нежно,
Пытаясь их согреть своим теплом.
Стояли мы у темного подъезда,
И ты пускала пар открытым ртом.
И дом уже уснул, горит лишь пару окон,
Прижалась ты ко мне, и я тебя обнял.
Без спроса я убрал, с лица твой черный локон.
И также, не спросив, тебя поцеловал.
Прошло уж много лет, я целовал уж многих,
И за руку держа, до дома провожал,
Переступал я часто женские пороги,
Но только для тебя стих этот написал.
© Константин Пластинин
© Константин Пластинин
Никто не увидит слёзы мужчины,
И слабость его никому не видать.
Пусть мокрые щёки, его щетина,
Но взору любого он сильная стать.
Текут пусть солёные капли печали,
И пусть будет горько и больно внутри.
Возможно, всё это будет ночами,
Никто не услышит души его крик.
Он воин, пример для подражанья,
Он сильный, упорный и духом не слаб.
Он может быть тигром, котёнком покорным,
Но плакать на людях не может никак.
Он рвёт небеса, он стремиться быть лучшим,
И искренне верит в желанный итог.
Бывает, что небо затянуто тучей,
Бывает, что сделать он что-то не смог.
По всякому было, и руки слабели,
Хотелось всё бросить, и бросится вниз.
Оставить, уйти за пушистые ели,
Но знает
Никто не увидит слёзы мужчины,
И слабость его никому не видать.
Пусть мокрые щёки, его щетина,
Но взору любого он сильная стать.
Текут пусть солёные капли печали,
И пусть будет горько и больно внутри.
Возможно, всё это будет ночами,
Никто не услышит души его крик.
Он воин, пример для подражанья,
Он сильный, упорный и духом не слаб.
Он может быть тигром, котёнком покорным,
Но плакать на людях не может никак.
Он рвёт небеса, он стремиться быть лучшим,
И искренне верит в желанный итог.
Бывает, что небо затянуто тучей,
Бывает, что сделать он что-то не смог.
По всякому было, и руки слабели,
Хотелось всё бросить, и бросится вниз.
Оставить, уйти за пушистые ели,
Но знает
загрузка
Показать ещё