Александр Куцый

— У вас картошка упала. Антонина Савельевна обернулась. Два пацана, одинаковых, худых, в не по размеру куртках. Один поднял клубень, вытер о штаны, протянул. Второй смотрел на лоток с вареной картошкой так, будто не ел три дня. — Спасибо. А вы чего тут вертитесь? Третий раз вижу. Старший дёрнул плечом: — Просто так. Она знала «просто так». Завернула две картофелины в газету, сунула огурец. — Завтра придёте — ящики потаскаете. Договорились? Они схватили свёрток и смылись, не сказав ни слова. Вечером, когда Антонина тащила бак с водой, они появились снова. Молча взяли, донесли. Старший полез в карман, достал две медные монетки — старые, стёртые. — Это отцовские. Он пекарем был, потом ушёл из жизни. Мы их не отдадим, но можете посмотреть. Она поняла: это всё, что у них есть. Степан и Егор приходили каждый день. Антонина кормила их тем, что приносила из дому, они таскали мешки и ящики. Ели быстро, не поднимая глаз. Однажды она спросила: — Где ночуете? — В подвале на Заводской, — ответил Е